А причин для этого было предостаточно – и скверные, запущенные до нельзя дороги, нагловатые, загребущие гаишники и хамоватые водители, особенно из тех, кто, как дерьмо, вынырнуло на поверхность этой грязной пены, называемой кликушествующими работниками пера и СМИ торжеством демократии, пришедшей на смену опостылевшему тоталитаризму. Сдерживая себя в узде, он ехал по фактически разорённой стране, стараясь не обращать внимания на хамство, подлость. Но всё-таки однажды ему пришлось выступить, когда его решила «ошмонать», а может быть просто покуражиться компания на старой иномарке.
Вылезшая из машины перегородившей ему дорогу тройка коротко стриженных мордоворотов, изрыгая мат, пары алкоголя, направилась к нему. Первого, сунувшего к окошку свою красную морду с наглыми, тусклыми глазами, он так приложил дверкой, что тот с раздробленным носом и разбитой пастью отлетел и кулём повалился на обочину. Пока его подельники моргали поросячьими ресницами, киллер успел выскочить и сходу ударом ноги уложить ещё одного урода на землю.
Третий попятился испуганно бормоча:"
"Мужик, ты чо? Мы же того, ещё ничего не сделали."
"Разговаривать, а тем более объяснять такому ничего не стал, а просто прямым ударом в челюсть «выключил» его и потащил за шиворот к их машине. Однако увидев, что из неё высунулась рука с пистолетом, не раздумывая, швырнул тушу прямо в неё. Раздалась пара выстрелов, прежде чем принявшее выпущенные пули тело бандита, врезалось в эту руку. Раздался крик боли. Но это была последняя боль в жизни отморозка.
Этот обнаглевший от безнаказанности урод получил своё – рывком выдернул с сиденья вопящего негодяя, резким ударом ноги в горло оборвал его никчёмную жизнь для народа. Быстро «взял себя в руки», затащил все туши в салон их автомобиля, сел за руль, доехал до ближайшего крутого откоса, перетащил стрелявшего на водительское место и спустил машину вниз. Проехав метров семь, иномарка перевернулась, уперевшись бампером в какой-то пень. Из неё, вернее из пробитого бака, тихо, журча, полилась струйка вонючего бензина.
Далее он выдернул из кармана зажигалку, зажег огонёк и кинул её в уже натёкшую лужу. Пламя моментально вспыхнуло и вскоре машина горя и воняя, занялась огнём. Более он не стал смотреть, а вернулся пешком к своей, стоящей на дороге «Девятке», уселся в неё и поехал не спеша далее. Проехав по шоссе Ярославль – Москва от Переславль – Залесский до Двориков, свернул на дорогу, ведущую во Владимир.
