Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Все, что захочешь, – сказал отец, заключая меня в объятия. – Только не пропадай больше.

А я и не хотела убегать. И пусть впереди грядет битва за жизнь ребенка, пошатнется вера людей в Старейшин, я все равно хотела быть здесь. Не равнодушный отец и надменный брат были моей семьей. Теперь моей семьей были любящий папа, веселый брат, любимый мужчина, названая мать. А также Эри, которая еще ничего не знает, ее Тар, который вскоре на ней женится, мои приемные родители, которые скоро вернутся домой, и мой ребенок, который скоро родится.

Ради этого стоило бороться со всем, что подкидывает судьба.

Надевая серебряное платье, купленное Силианной, я волей-неволей возвращалась мыслями к книге. Она лежала открытой на той странице, где я остановилась. Следовало покончить с этой историей, прежде чем принцессу Дейнатару представят всем.

Я провела пальцем по книге, рассматривая изображение Мадлен. Ее красные волосы были единственным ярким пятном на обложке. Я посмотрела в зеркало. Наверное, если бы какой-нибудь режиссер решил поставить историю этой девушки в театре, я бы стала идеальной актрисой для этой роли.

Именно так должна была выглядеть Мадлен – усталая, осунувшаяся, напуганная. Жалкое зрелище, должно быть.

«Меня выгнали из города. Старейшина, уходя, махнул стражнику, и двое крепких молодых парней выбросили меня за ворота. Я бросилась к ним, в убогой комнатушке остались мои последние вещи, но ворота захлопнулись, и, как бы я ни стучала, все было без толку. Я привалилась к стене неподалеку от ворот.

Проходившие мимо люди кидали мне мелкие монеты или какую-то еду. Сил говорить и двигаться не было. Когда пошел снег, я заплакала и свернулась калачиком.

Даже умирая, я думала о Фаре. Невыносимо больно было вспоминать наши дни и ночи, невыносимо больно было представлять счастливую жизнь с ним. Он меня предал, бросил умирать, но обиды я не чувствовала. Я знала, что он страдает не меньше меня.

Бедный мой мальчик, тебе, как и мне, искалечили судьбу Старейшины.

Ни у кого нет права решать, кому жить, а кому нет.

– Ты умрешь, Мадлен. Ты сама выбрала свою судьбу. Ты и твой принц. Вы не боретесь за свою жизнь и жизни своих детей, вы – стадо баранов, которым нужно управлять. Ты никогда не сможешь победить. Никогда не выберешься из этой кабалы. Жизнь за жизнью ты будешь умирать от наших проклятий лишь за то, что осмелилась прийти сюда. Пока стоит Облачный Храм, ты и твой Фар никогда не обретете покой.

Таковы слова Леаса.