Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Возможно, именно поэтому, я подсознательно, и избегаю общения с представителями мужского пола.

Но одна случайная встреча, изменила все. Здесь я встретила человека, с которым хочу быть вместе. И это не то чувство, которое я испытывала к Сергею. Сейчас я понимаю, что это чувство, было простой влюбленностью и животной страстью. Оно не имеет ничего общего с любовью.

Мы познакомились случайно. Обычно, я общаюсь только женщинами, которые находятся здесь. Мужчины для меня, словно размытые пятна. Я стараюсь не смотреть на них, потому что они – моя угроза.

Каждый мужчина – это потенциальный самец, который может причинить мне боль, а я уже устала от боли.

Илья подошел ко мне первый и спросил, не хочу ли я сыграть с ним в шахматы. Я испугалась, но когда увидела его добрый взгляд, немного успокоилась.

Я честно призналась, что играю на уровне пятилетнего ребёнка. Не знаю почему, но в шахматах у меня, всегда были проблемы. Мне сложно принимать аналитические решения и грамотно выстраивать план победы.

Илья сказал, что шахматы это всего лишь повод, чтобы приятно провести время, и я согласилась.

Он заверил меня, что сам играет “не намного” лучше.

Затем мы стали с ним читать и обсуждать русских классиков. Я никогда не интересовалась стихами Пушкина и Лермонтова, просто учила их, потому что в школе заставляли. Но с Ильей я снова окунулась в этот удивительный мир русской культуры.

Он так красиво читал стихи, что иногда, мне хотелось плакать. Я искренне полюбила всех тех поэтов, которых раньше не понимала.

А потом, он предложил мне учить стихи наизусть и рассказывать их друг другу.

С этого момента, моя “призрачная мама”, стала приходить реже. И не потому что я этого хочу, просто, по какой-то причине, я вижу ее, теперь, не часто.

Но я отчаянно боролась за неё. Каждый раз, когда она снова появлялась, я уговаривала ее, приходить чаще. Я рассказывала ей, что мне говорят психиатры на ее счет. Иногда, ее это расстраивало, иногда – веселило.

Я рассказывала ей то, что не рассказывала своей настоящей матери.

И она поддерживала меня. Она советовала мне, как мне лучше ответить, помогала учить стихи, чтобы я могла потом приятно проводить время с Ильей.

Она так искренне радовалась за меня, а самое главное, она помнила множество приятных моментов из моей жизни, которые были намертво похоронены в моей памяти. Без ее помощи, я бы никогда их не вспомнила!"

"Мне очень жаль, что ее вижу только я. Но иногда мне кажется, что психиатры не правы.