Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И, кстати, передай префекту, что возвращение — не вопрос обсуждения, а его обязанность.

Погибнет Луций или мальчишка — Цезарь останется доволен в любом случае. Префект был верным слугой Юпитерского, а Филинов ведёт себя в Риме как хозяин, творя, что вздумается. Стравить этих бесов друг с другом — что может быть лучше?

* * *Резиденция префекта Луция Марк Авита, Рим

Луций сидит в своём кабинете, окружённый начальниками гвардии, и в полном отчаянии почти рвёт на себе волосы. Как могло случиться, что винзавод захватили так быстро? Откуда у Филинова столько людей? Его раздражение растёт, и, не выдержав, он срывается на подчинённых, крича и требуя объяснений.

Но те лишь молча переглядываются, пожимают плечами и, старательно избегая его взгляда, уставляются в пол, явно не имея ответов.

Вдруг раздаётся звонок телефона. Луций вскидывается, стиснув зубы, и берёт трубку. На линии — легат Жаворонков, и его голос звучит холодно и безапелляционно:

— Префект, Цезарь приказывает вернуть Ланг любой ценой.

Не дело, чтобы один из лучших аппелласьонов Рима оказался под властью иностранца. Исправьте это.

Раздаются частые гудки. Луций раздражённо опускает трубку и, обведя подчинённых тяжёлым взглядом, отрывисто приказывает:

— Свяжитесь с Филиновым. Узнайте, какой выкуп он хочет за этот чёртов завод. И выясните, сколько у него людей.

* * *Еду с жёнами, Настей, Ледзором и Змейкой в сторону Ланга. Темнота сгущается, прорезаемая лишь светом фар. В сопровождении идут четыре бронемобиля, а позади нас исчезает Рим — яркие столичные огни постепенно растворяются в зеркале заднего вида.

Мой род продолжает крестовой поход по Риму. Мы закончили в священном Капитолии, теперь очередь за элитным Лангом.

Тавры уже захватили винзавод и перекрыли единственную дорогу, ведущую из этого небольшого городка, так что все сотрудники, включая топ-менеджеров, остались внутри — никто не сбежит. Теперь весь город Ланг, все его двадцать тысяч жителей, у меня в заложниках.

Это вынужденная мера, чтобы винзавод не опустел. Пока они пленники, но лишь временно — до тех пор, пока мы не введём их в курс дела. А там уж пусть сами решают, стоит ли покидать насиженные места. Ведь ничего по сути не меняется, только владелец предприятия."

"Из багажника доносятся хрипы, приглушённые стоны и обрывки проклятий — голова Юпитерского, уложенная среди прочего груза, никак не желает смириться с происходящим.