Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Ясно, – он кладет руки на пояс; глаза смотрят на меня мрачно, неприветливо. – К чему тогда ты сказала мне об этом, если я не принимаю участия в решении?

– Сэм сказала, что будет правильно всё рассказать тебе, – бормочу я – меня сбивает с толку его агрессия.

– Ах, Сэм сказала! – его губы кривятся в циничной усмешке. – То есть, сама ты не считала нужным поставить меня в известность? И что было бы, ответь мне, Сара – ты бы вернулась в Нью-Йорк, сделала бы аборт, и я бы никогда не узнал о ребёнке?

– Но я сказала тебе! – оборонительно восклицаю я.

– Говорю сейчас! Какая разница, что было бы, если сейчас я здесь!

– Чтобы сказать мне о чёртовом аборте! – кричит он, разводя руками. – Ты не имеешь права поступать так: заявляться и ставить меня перед фактом! – он тычет пальцем в мою сторону. – Этот ребёнок – наш, не только твой!

Я в недоумении пялюсь на него, закипая от возмущения.

– Знаешь что – я не буду это делать – спорить с тобой, – я качаю головой, скрестив руки на груди. – Я здесь не для этого. Я должна была сказать тебе, и я это сделала.

Мне необходимо убираться отсюда. Срочно. Джейсон злится. Я тоже злюсь. Мы поругаемся, но это не даст результатов. Я не хочу, чтобы наш последний разговор был таким.

Последний разговор…

Когда я осознаю это, мне становится тошно.

Я хочу быть с ним. Хочу!

Но не могу. Во мне так глубоко укоренился этот барьер, он всегда будет стоять между нами. Я не смогу забыть, в моменты ссоры стану припоминать ему – я себя знаю, и в итоге мы возненавидим друг друга."

"– Ты делаешь это, чтобы досадить мне? – притихнув, спрашивает он.

– Это твой способ наказать меня?

Он прожигает меня тяжёлым, грозовым взглядом, от которого всё внутри стынет. Его слова вызывают ужас.

Моргнув, я поражённо раскрываю рот.

– Считаешь, я способна на такое? – голос становится тоньше, выше. – Дело не в тебе, не в нас! Во мне! – я бью себя рукой в грудь. – Да, это и твой ребенок, но в итоге от меня зависит, что с ним будет! Это на мне повиснет ответственность, к которой я не готова! Посмотри на нас! – я махаю рукой.

– Ни один ребенок не заслуживает таких родителей. Что смогут дать ему два морально мёртвых человека?

Джейсон вздрагивает от моих слов, как от удара. Да, они жестоки – но разве это неправда?

С нашей стороны будет преступлением привести в этот мир нового человека, когда в наших жизнях творится полнейший бардак.

Мы с собой не можем справиться!

– Каким он будет с такими родителями? – растеряв запал, шепчу я, не спуская глаз с Джейсона.