Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ежевика разинул рот, чувствуя, как земля уходит у него из-под лап. Этот барсук умел говорить, его речь была понятна, и слова имели отношение к их походу… Сердце его бешено заколотилось, и он во все глаза уставился на зверя.

— Я — Полночь, — голос барсука был низким и скрежещущим, как шорох гальки под волнами. — С вами буду говорить я.

— Мышиный ты помет, а не полночь! — зашипел Грачик. Он все еще лежал на полу пещеры, изготовившись к прыжку. — Только шевельнись, и я выцарапаю тебе глаза!

— Не надо, Грачик, постой…

Гортанный барсучий смех заставил Ежевику замолчать.

— Ишь, какой свирепый! Звездное племя умеет выбирать. Но сейчас не время показывать когти. Будет разговор, а не битва.

Ежевика и его товарищи неуверенно переглянулись, ощетинив хвосты. Грачик первым выпалил то, что было на уме у всех:

— Неужели мы ему поверим?!

— А что нам остается делать? — потупила глаза Ласточка."

"Ежевика снова пристально поглядел на барсука. Этот зверь был немного меньше того, которого они видели у Змеиной Горки, возможно, это был не барсук, а барсучиха.

Но это ничуть не делало ее менее опасной. Поверить ее словам означало забыть все, чему его учили с самого младенчества. Однако барсучиха до сих пор даже не попыталась напасть на них; кроме того, Ежевике показалось, будто он заметил веселые искорки в ее глазах.

Он снова обернулся на своих друзей. Грачик, Ураган и Ласточка вполне могли сражаться, зато они с Белочкой еле держались на лапах после того, как едва не утонули, а Рыжинка неуклюже опустилась на пол пещеры и, похоже, впала в забытье.

— Пошли, — позвала барсучиха. — Ждать не можем мы всю ночь.

И тут Ежевика окончательно понял, что перед ним не обычный зверь. Никогда раньше ему не доводилось слышать о том, что барсуки умеют говорить, да еще так, чтобы коты их понимали! Кроме того, эта барсучиха упомянула о Звездном племени, словно знала гораздо больше, чем любой из живущих на земле котов.

— Ласточка права, — прошипел Ежевика. — У нас нет выбора. Она могла бы уже давно превратить нас в падаль.

Теперь я понял, почему Синяя Звезда в моем сне велела нам слушать полночь. Она говорила вовсе не о времени! — и, по вернувшись к барсучихе, он громко спросил:

— Тебя зовут Полночь? И у тебя есть для нас послание от Звездного племени? Барсучиха кивнула.

— Полночь — мое имя. И мне был знак, что здесь я встречусь с вами… Ждала четверых, а при шли шесть.

— Тогда мы выслушаем то, что ты нам скажешь, — решил Ежевика.