Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ребята сидели, тряслись, а потом кто-то из них вспомнил, что есть у него карманный следователь. И родилась изящная комбинация. Только как ее теперь доказать, как разрушить этот воздушный замок? Нужно повторно расследовать убийства молодых людей, оспаривать результаты судебно-медицинских экспертиз, плотно работать с малолетними свидетелями, причем не пытать их в ментовских застенках, а проводить тонкую оперативную работу. Поднять убийство трехлетней давности, потому что его раскрытие – ключ ко всей цепочке.

Кто станет всем этим заниматься? И кому позволят это делать?

Вот именно, никому. Только посмотри в сторону верхушки, сразу начнется вой про государственные интересы.

Допустим, в системе есть множество людей, которых тошнит от Глеба Ижевского. Их даже подавляющее большинство. Ради того, чтобы насолить ему, они готовы работать сверхурочно и по-тихому, неофициально. Узнать там, спросить тут, заглянуть в архив… Это займет не то что годы, десятилетия, а бедняга Еремеев так и будет париться в СИЗО?

Надо с ним решать, а у нее вместо железных доказательств две умозрительные логические схемы: одна выстроена Глебом, другая – ею самой.

Как религия: вроде бы Бог есть, а вроде бы и нет, но точно не узнаешь, пока не умрешь.

Ирина засмеялась.

Тут в дверь постучали, и вошла Вера Ивановна. Сегодня она снова была одета в какие-то старые немодные тряпки, но странным образом ее вдруг обретенная миловидность никуда не исчезла.

Ирина усадила ее на старый дощатый стул с истершимся дерматиновым сиденьем, страшненький, но очень удобный, опустила кипятильник в банку с водой, а сама выглянула в окошко.

Так и есть. Сухофрукт прогуливается по набережной, бросая кусочки хлеба голубям.

«Вообще чувствуется в нем что-то, – улыбнулась про себя Ирина, – вроде дедок дедком, а мужское никуда не делось. Я и сама улавливаю флюиды, или как там оно называется. Все-таки странно: на вид без одной рюмахи алкоголик, но поставь его рядом с Лестовским, и сразу видно, где мужик, а где лужа гнили.

И никакие костюмчики тебя не спасут, Владлен Трофимович, и ботиночки из капстраны тоже. Мама вот говорит, что мужчину видно по обуви. Нет, не по ней».

Вода забурлила. Убрав кипятильник строго по инструкции (сначала вилку из розетки, потом спираль), Ирина насыпала в банку заварки, закрыла блюдечком и достала из сумки бутерброды, которые приготовила себе на обед. Для хорошего человека не жалко.