Письмо ни от кого читать онлайн

Глава 10

Предновогодний изгиб синусоиды

«Ради бога, оденься на Новый год прилично, не как босяк», – попросила меня перед праздником Наталья. Она в последнее время полюбила слово «босяк» и при каждом удобном случае употребляла его: «Ты ведешь себя, как босяк», «Ты стал мрачный и злой, как босяк».

Я поинтересовался, кто же этот загадочный босяк, на которого я стал похож. Выяснилось: самый известный босяк в СССР – это Максим Горький, известный франт, подолгу живший в Италии на острове Капри, любитель марочных вин и дорогих папирос.

О себе Горький любил рассказывать небылицы, мол, он по молодости лет, чтобы познать жизнь простого человека, путешествовал по Волге, водил дружбу с маргиналами и босяками. Даже сам был босяком, когда с бичами картошку в золе пек! Но волжская сырость быстро надоела Алексею Максимовичу, и он махнул в Италию, писать на берегу Тирренского моря правдивые рассказы об алкашах и идейных тунеядцах.

У Горького был богатый гардероб самой модной одежды. У меня все гораздо скромнее, я с бродягами под мостом не ночевал, пристрастием к барахольству заразиться не успел.

Парадно-выходных рубашек у меня всего две: одна с погончиками в военном стиле, вторая из микровельвета. Для празднования Нового года я выбрал микровельветовую, рубашка с погончиками оказалась мятой, а гладить ее времени уже не оставалось."

"Вместо почившей в бою с шаровой молнией «Монтаны» я надел джинсы «Вранглер». Мог бы надеть любые другие – в конце восьмидесятых заграничные джинсы перестали быть предметом роскоши.

Это в 1983 году я чувствовал себя в «Монтане» принцем крови, а нынче, что «Супер Пэрис», что «Ливай Страусс» – все едино, все потеряло шик и блеск. Тренировочные штаны «Адидас» стали более статусной вещью, чем приятно потертые фирменные джинсы.

Порывшись в коробке с носками, я нашел вполне приличную пару, без дырочек и вытертостей. Все остальные носки для похода в гости не годились.

«Ввели бы талоны на носки, – подумал я, пряча коробку в шкаф. – Простейшее изделие, стоит копейки, а в магазине днем с огнем не найдешь.

Кооперативных «вареных» джинсов завались, в каждом магазине гроздьями висят, а носков нигде нет. До перестройки были, а в разгар горбачевских реформ исчезли».

Спиртное из свободной продажи исчезло еще раньше. Без талонов в магазине можно было купить только шампанское и плодово-ягодное вино, в просторечии именуемое «бормотухой». В декабре я отоварил свои талоны бутылкой водки и бутылкой коньяка «Белый аист».