Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Монгол качает головой и что-то бурчит себе под нос. Но спорить не решается.

— Он будто и правда куда-то торопится, — говорит Алисочка.

— Работа у него такая. Быстрее довезти, быстрей обратно вернуться, чтобы новых клиентов взять, — я задумчиво смотрю по сторонам. — А может, он работает на герцога и ведёт нас в ловушку.

— Ты серьёзно? — напрягается Алиса.

— Так, предположение. Ты заметила, что мы понемногу смещаемся к югу? Улан-Батор севернее, и можно ехать прямо. Такое чувство, будто Очирбат пытается незаметно отвести нас куда-то в другое место.

— Если это правда, то нам надо быть готовыми.

— А ты не готова, что ли? Незаметно подкрасться к нам здесь не получиться, — ухмыляюсь я и обвожу рукой степь. — Едь спокойно, наслаждайся красотой. Смотри, как Жанна веселится.

— Да уж, — Алисочка улыбается. — Она порой как ребёнок.

— У неё просто детства не было, вот она и компенсирует, так сказать. Я же тебе рассказывал её историю.

— Да, не позавидуешь…

Жанночка как раз возвращается к нам. Резко осаживает своего коня рядом с Эклером, и оба скакуна недовольно фыркают.

— Озеро классное! — сообщает она. — Водичка такая чистая, даже искупаться захотелось. Может, искупаемся?

— Я за, — говорит Алиса. — Освежиться было бы здорово.

— А почему бы и нет, — мгновение подумав, соглашаюсь я. — Поехали купаться. Очирбат! Разворачиваемся. Поехали к тому озеру.

Монгол страдальчески стонет и восклицает:

— Ярослав-гуай, у нас же дорога!

— Ничего, задержимся. Заночуем здесь. Мои женщины хотят искупаться.

— Мы так не договаривались!

— Не переживай, я заплачу.

Разведи костёр пока и приготовь буузы.

— Хорошо, Ярослав-гуай, — чуть посветлев, соглашается Очирбай.

В чём мы сходимся со старым монголом — так это в любви к еде. А буузы, то есть монгольские манты, он готовит просто изумительно. Хорошо, что при нас есть зачарованный сундук, в котором мясо хранится подмороженным и не портится.

Подъезжаем к озеру. Оно небольшое и почти идеально круглое. Вода и правда изумительная — чистая, как слезинка.

Очирбай ставит дилижанс и начинает распрягать своих кобыл.

Я подвожу наших коней к озеру, чтобы они напились, и подзываю Жанну.

— Сделай себе пока фантома.

— Я купаться хочу, — канючит она.

— Не перебивай мужа! — легонько шлёпаю её по упругой попке.

— Ты мне пока не муж! — Жанночка показывает язык.

— Дерзкая хитрюга. Ну ничего, вечером отработаешь. Этим самым язычком.

— А я и не против, — мурлычет Жанна.

— Вот и договорились, — улыбаюсь я. — Короче, сделай фантома.