Мудрость ангелов высших небес настолько же превосходит мудрость ангелов низших, насколько мириада единицу; вот почему ангелы низших небес не могут говорить с ангелами высших небес и даже, когда смотрят в ту сторону, не видят их и небеса их кажутся им чем-то облачным над головой. Но ангелы высших небес могут видеть находящихся в низших небесах, только они не могут говорить с ними, не лишаясь мудрости своей, как уже сказано выше.
210. Мысли, чувства и разговоры ангелов самых внутренних небес никогда не постигаются ангелами средних небес, потому что они для них слишком высоки.
Но, когда угодно Господу, они виднеются средним небесам как что-то пламенное, а мысли, чувства и беседы ангелов средних небес - как что-то светлое над низшими небесами; иногда же - как блестящее, разноцветное облако, по возвышению, опущению и виду которого даже узнается в некоторой степени предмет разговора.
211. Из этого можно видеть, каков небесный образ, т.
е. что в самых внутренних небесах он наиболее совершенен, в средних небесах тоже совершенен, но в меньшей степени, а в низших небесах - в еще меньшей степени; и что образ одних небес слагается по образу других наитием, исходящим от Господа. Но в чем состоит сообщение посредством наития этого, нельзя понять, если не знать, что такое степени высоты и какая разница между ними и степенями широты и долготы; о тех и других см. н. 38.
212. Что же касается небесного образа в частности и как он направляется и простирается, то это непостижимо даже и для ангелов.
Некоторое понятие о том можно себе составить из образа всех частей и частиц человеческого тела при рассмотрении и исследовании их человеком умным и мудрым, ибо выше было сказано, что все небеса изображают одного человека (см. н. 59- 72) и что все находящееся в человеке соответствует небесам (см. н. 87-102).
Сколь непостижим и неисследим этот образ, можно только вообще заключить из того, как нервные волокна соединяют все части и частицы тела в одно.
Глаз даже не видит ни этих волокон, ни каким образом они направляются и простираются в мозгу, ибо они тут бесчисленны и до того сложны, что взятые вместе представляют сплошное мягкое тело; между тем как по этим волокнам все относящееся вообще и в частности к воле и разуму переходит совершенно отчетливо в действия.
