Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

И тут я заметила:

- А почему это елки нет???

- Ну... Макс тут мало бывает, видимо, вот и не поставил, - предположила Люба.

- Это надо исправить! - сказала я.

Выглянув в окно, я увидела, что у обочин растут деревья. Тот факт, что это не ель, и даже не сосна, меня как-то не остановил. Мы с Любой пошли за елкой, а тетечки пошли в бар - искать еще чего-нибудь вкусного.

Наш поход по елку, закончился обломанной березовой веткой, слава Богу, я не додумалась найти пилу. Ветку мы обломали, притащили в дом.

Я отбила горлышко у бутылки из-под ""Бейлиза"", налила туда воды и воткнула ветку березы. Елку, с которой капала грязная вода, оставляя следы на мраморном полу музея, мы установили на бильярдный стол.

- А хде игрушки? - спросила я.

Мне Ольга Львовна протянула бокал с чем-то неопознанным:

- Мексиканский ликёр ""Калуа"", кофейный, - пояснила Людмила Николаевна.

- А-а-а-а... ну раз каловый, тогда давайте, - важно сказала я, осторожно принюхиваясь.

Осушив бокальчик, я стала искать игрушки.

Ничего не нашла. Потом применила диски, лежавшие у огромного музыкального центра. Я просто натыкала их на ветку березы.

Час спустя, когда кала кофейного в бутылке оставалось чуть ли не на дне, Людмила Николаевна, восседавшая на кожаном диване запела:"

"- Чёёёёёёёёёоооооорный вороооооооооооооооон....

- Что ж ты вьёёёёёооооооооооооошьсяяяяяяаааааааааа..., - подхватила Ольга Львовна, лежавшая на зеленом сукне, то бишь на бильярдном столе.

Люба метнулась за пианино, брякнула по клавишам своими совсем не музыкальными ручонками и завыла:

- Над моееееееееееееееееею головоооооооооооооооооой.

Лично я слов не знала, но коллектив нужно было поддержать. Я сползла на пол, уперлась спиной в ногу бильярдного стола и стала подпевать:

- На-на-на-на...

Потом мои слова перешли в обычное подвывание. Зато если я слышала знакомое слово, я тут же его выкрикивала. Выглядела это так:

- На-на-на, НЕ ДОЖДЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁШЬСЯЯЯЯЯЯ!!!!

ЧЕРНЫЙ ВОРОН,на-на-наааааа!

А все остальные знали слова.

И пели так самоотверженно, как красные на митинге. Люба, не переставая молотила по клавишам пианино.

На очередном вопле, когда я решила подпеть, раздался отборный мат в исполнении мужского голоса. Я медленно повернула голову. В дверях стояли Колобок, Андрей и Игорь. И если последние хохотали так, что за живот схватились, то Колобок стал просто багровым от бешенства:

- А ну быстро разбежались по своим комнатам!!! - рявкнул он.