Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Шона, Шона, Шона…

Она закричала, завертевшись на месте, и остановилась прямо напротив одной из фигур. Наконец-то она разглядела ее лицо. Это было лицо обугленного трупа. Обезображенное, изъеденное огнем и тлением лицо сгоревшего трупа, рядом с которым она очнулась несколько лет назад.

— Нет! — закричала Шона.

Незнакомец в плаще расхохотался. За ним залились жутким смехом остальные.

Они вновь задвигались, смыкая круг, бормоча ее имя, вскидывая ножи. Они жаждали ее крови…

— Шона, Шона…

Глава 18

Шона проснулась внезапно, словно от удара, рывком села и подавила вопль, пытаясь избавиться от ужаса, вызванного сном.

Поднявшись, она подошла к окну, застыла, глядя вдаль, и поежилась. Неужели Дэвид прав? Неужели кто-то задумал устроить жертвоприношение? Она не могла отрицать: мужчина, убитый в склепе вчера ночью, перепугал ее, как и его слова. Но с целительницами из Крэг-Рока Шона дружила всю жизнь. Они не смогли бы убить человека. А ведь кто-то мог и хотел этого.

Шона обхватила руками свои плечи.

Если принести в жертву требовалось девственницу, Сабрина не подойдет для этой цели. Но Шона отчаянно надеялась, что Сабрина не расскажет похитителям о своем положении, иначе они просто избавятся от лишней обузы, убив ее. Шона содрогнулась. Человек, погибший в склепе, заявил, что его друзья доберутся и до нее. Что вскоре она увидится с Сабриной. Но из нее вряд ли получилась бы подходящая жертва. Она уже давно утратила невинность. Она родила и потеряла ребенка.

Последствия…

На протяжении долгих лет Шона не позволяла себе даже вспоминать о последствиях ночи, проведенной в конюшне… Воспоминания были слишком мучительны.

Она прикусила нижнюю губу. Вчера ночью ей следовало рассказать Дэвиду о ребенке, которого она потеряла после его мнимой смерти. Она бежала из Крэг-Рока, обнаружив, что беременна, и не могла дождаться, когда малыш появится на свет, уверенная, что, будучи виновной в смерти Дэвида, должна дать жизнь его ребенку. Она решила не поддаваться ни на какие уговоры и оставить ребенка вопреки советам родных.

Ей наверняка напомнят, что она леди Мак-Гиннис: у служанок могут быть незаконнорожденные дети, а у хозяек — нет.

Но бегство ничего не изменило, потому что ребенок умер сразу же после рождения. Шоне казалось, что даже Господь насмехается над ней. Она вернулась домой только потому, что Алистер приехал за ней, предлагая братскую любовь и заботу, в которых она в то время отчаянно нуждалась.