Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Ее здесь нет. Она дала мне это, а потом... они забрали ее. Я не знаю куда, - закричала Люси, а затем скривилась от боли.

— Босс, - призвал Элио.

Я понял, что схватил Люси за руку с такой силой, что мог повредить ей кости. Я отпустил ее, и Элио присел рядом с ней.

— Ты это слышала? - спросил у Джады, которая молчала мне в ухо.

— Слышала, - сказала она, уже щелкая клавишами. — Я не подумала отследить оба устройства, потому что они были вместе, что было чертовски глупо. Мне очень жаль.

Оба?

Верно.

Я резко повернул голову к Люси.

— Где четки твоего отца?

Глава 35

Чарли

Думаю, что на какое-то время я отключилась в подвале. В промозглом, явно неиспользуемом нижнем этаже дома было холодно и темно. Мне связали руки и лодыжки и бросили на грязный пол. Когда проснулась, я уставилась на свет, пробивающийся из-под тяжелой металлической двери, запертой снаружи.

Полоска света стала темнеть, и по урчанию желудка я прикинула, что время близится к обеду. Я не ела весь день, и мой желудок представлял собой пещеру.

Голова все еще болела. Мне действительно следовало проверить ее… если я выживу, конечно.

Я гадала, нашел ли Ренато Люси. Оставалось только надеяться, что да.

Он найдет и меня. Я была уверена в этом. Вопрос заключался только в том, сколько времени это займет и что со мной будет между тем?

Беспомощные слезы давили на веки. Моя жизнь была разрушена только для того, чтобы быть построенной заново, и теперь я балансировала на грани того, чтобы снова всё потерять. Боль, которую я испытала, потеряв крошечный проблеск жизни, который у меня был с Ренато, показала, насколько несчастливой была моя жизнь до встречи с ним.

Он был ураганом, который разнес мое существование в клочья, и только тогда я поняла, что держалась на волоске. Слишком много работала, слишком много беспокоилась, экономила и пыталась выжить.

Но жизнь - это нечто большее, чем просто выживание, и я забыла об этом. Возможно, благодаря своему детству я никогда по-настоящему не понимала этого. Счастье было привилегией, закрепленной за другими.

Эта убеждение было заложено в моей голове, а Ренато вырвал его оттуда."

"Меня не волновало, что он был мужчиной, обреченным на ад за те вещи, которые он делал для своей семьи. Меня не волновало, что он заставил меня выбирать между ним и смертью. Теперь, под конец, моя мораль казалась совсем не такой уж большой перед лицом любви.

Любовь. Может быть, сказывалась приближающаяся смерть, но это слово продолжало крутиться у меня в голове.