Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Он считал, что сможет работать для жестоких, — печально вздохнула желтоглазая, — а они за это дадут ему еще одно ласковое жало. Отец пытался отговорить его, у дяди были очень короткие руки, много чего он делать не мог. Жестокие не захватывают таких людей, они их сразу убивают. Но дядя все равно ушел, с тех пор мы с отцом остались вдвоем.

— Вы жили вдвоем? — Дик убрал аптечку в подсумок. — Мне казалось, что ли… люди, подобные вам, стараются держаться вместе.

— Сначала мы жили вместе с общиной, у подножия горы, — ответила девушка, — но когда я стала старше, отец с дядей сказали, что внешне я слишком похожа на жестоких, и нам лучше жить отдельно от всех, чтобы зря не волновать людей.

Они построили жилище на вершине, и мы переселились туда.

— Те люди, которые напали на вас, они это сделали потому, что ты похожа на нас? — предположил Дик. — Неужели из-за этого община прониклась такой ненавистью?

— В нашей общине живут хорошие и добрые люди, — покачала головой она, — это были другие, с третьей северной горы.

Когда у развалин города с неба упала ваша железная птица, со всей округи многие захотели посмотреть на это великое чудо. Ведь в легенде сказано, что Шаро Великая оставила несчастным детям своим чудодейственное «Наследие», которое избавит всех от страданий. И прилетит оно в мир на огромной железной птице.

Желтоглазая замолчала, и Дик заметил, как с ее ресниц сорвалась крохотная слеза.

— Обычно отец прятал меня в хижине, если по нашей тропе шел кто-то из чужих. Но в этот раз пришли слабоумные.

Отец всегда говорил, что на них нельзя обижаться, потому что они, как дети, не ведают, что творят… Они влезли в дом в поисках еды, и он не успел уследить за всеми, их было слишком много. Я попыталась спрятаться за корзинами, но днем я ничего не вижу, свет жжет мои глаза, словно раскаленные угли. Меня заметили и вытащили наружу. Отец пытался защитить меня…

Девушка замолчала, роняя слезы. Она не рыдала и не всхлипывала, ее лицо было спокойным, и только катящиеся по щекам слезинки тускло поблескивали в слабом свете, проникающем в нору через наблюдательное отверстие.

Дик подумал, что ее самообладанию можно позавидовать, и решил оставить болезненную тему.

— Почему ты помогла нам? — спросил он.

— Ты дважды спас меня, — ответила желтоглазая, — сначала от слабоумных, потом от своих жестоких друзей. Ты ведь прилетел на той железной птице?

— Да, — подтвердил Дик, — это был наш самолет. Только он разбился при посадке, многие наши друзья погибли.

— Я знаю.