Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Отрицательно качаю головой и прошу у бармена сделать коктейль:

– Нет настроения для шампанского, - поясняю, равнодушнo наблюдая за тем, как она с трудом удерживает на губах легкую улыбку."

"Недовольно ставит мой фужер на стойку. Γромко звякнув стеклом. Я смотрю на ленивые пузырьки, поднимающиеся со дна, и меня охватывает какая-то тревога, ещё не до конца понятная, но уже вполне ощутимая. Сдавливающая сердце, студеной поступью проходящая вдоль позвоночника. Надо идти домой.

Бармен ставит передо мной Пина Коладу.

Киваю ему в знак благодарности, принимаю бокал и поворачиваюсь к Абаевой:

– Ну, что за перемирие?

– За перемирие, – кивает она, и мы звонко чокаемся бокалами.

Пьем молча. Карина чуть ли не в два глотка опрокидывает в себя содержимое своего бокала, морщась от пузырьков, бьющих в нос, а я неторoпливо потягиваю коктейль через трубочку, наблюдая за тем как уже бывшая подруга снова делает заказ. Садится, развернувшись спиной к барной стойке, и чуть шальным взглядом рассматривает людей на танцполе.

– Знаешь. Я бы рада с тобой ещё посидеть, помолчать, подумать о личностном росте, – усмехается она, – но извини, скучно.

Угу, зато с тобой, бл*дь, очень весело!

Она бодро вскакивает на ноги, поправляет закатавшийся подол и скрывается в толпе, задорно махая рукой кому-то из знакомых.

Облегченно выдохнув, сижу, рассматриваю свой бокал, задумчиво перемешивая слои соломинкой.

Как же хреново! Сил нет! Надо что-то делать, и я имею в виду не этот вечер, а всю свою жизнь, пропитанную горечью, ложью и сожалением.

Может все-таки стоит набраться смелости и поговорить с Зориным? Упасть на колени и молить о прощении? Я уже была готова даже на это. Что угодно, лишь бы избавиться от шипов в груди. Не думала, что так сложно что-то скрывать, когда душит чувство вины, когда сожаления о содеянном разъедают изнутри. Я оказываėтся не настолько сильная, чтобы молча все проглотить, запрятать в темных закутках своей души и идти дальше. Мой настрой все сложнее скрыть, все труднее сдержать желчь, плещущуюся внутри.

Артем не дурак, прекрасно чувствует, что со мной что-то не так. Он пока ещё не понял, что меня просто ломает, и стоит только прикрыть глаза, набрасываются мучительные воспоминания. Но поймет. Обязательно поймет.

Надо что-тo с этим делать. Я так долго не выдержу, сорвусь, и тогда все разлетится на осколки.

Я люблю Артема и не могу без него жить, но на такой лжи у нас не получится построить что-то большее.