Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Я уже слышал, как с вами обошелся Константин Сергеевич. — Глаза камердинера сверкнули сталью. — Поэтому и пришел проситься к вам на службу. На него я работать не смогу. — Он немного помолчал, внимательно глядя на меня. — А денег мне не нужно, у меня свои сбережения есть. К тому же у меня есть опыт жизни в диких землях, и я уже не раз бывал в имении вашей матушки. Возможно, там я смогу быть вам полезен.

А вот это уже очень ценное предложение. Только беда в том, что мне не нужен телохранитель, который будет везде за мной таскаться.

Ярцев, словно прочитав мои мысли, добавил:

— Я не буду вам докучать, ваше сиятельство, и готов выполнять функции дворецкого.

И тут меня пронзила догадка: а не заслал ли его мой дядюшка, чтобы следить за мной? Эта мысль, конечно, смахивала на начальную стадию паранойи, но такова уж моя суть. В первую очередь меня учили всегда ставить под сомнение любой альтруизм и бескорыстие. В чистом виде их просто не существует. Даже самый закоренелый альтруист в глубине души надеется заслужить похвалу, а значит уже ищет чего-то для себя.

— Не могу понять, Виктор Петрович, почему вы так стремитесь попасть ко мне на службу? Я уверен, что в жизни есть масса приятных вещей, которыми может заняться человек, не испытывающий особой нужды в деньгах. И в этом списке уж точно не значится поездка в дикие земли.

Ярцев задумался, видимо, пытаясь подобрать слова.

— Ваше сиятельство, я не привык много говорить и не умею это делать красиво. Но, надеюсь, вы меня поймете. В вашем отце, да и в вас есть… внутренний стержень, что ли.

Вы всегда точно знаете, чего хотите от жизни. А я — человек военный. Привык выполнять приказы. И мне нужен такой командир, как ваш отец. А вы очень с ним похожи.

Камердинер немного помолчал, дальше собираясь с мыслями. Я чувствовал, что он хочет еще что-то мне сказать, но никак не может решиться. И, чтобы не спугнуть этот внезапный порыв, я просто сидел и молча ждал, внимательно глядя прямо ему в глаза.

— Ваш дядя… Может вы этого не помните, но он был довольно… сложным человеком.

А сейчас стал совсем, кхм, невыносимым.

Ярцев снова на минуту замялся. Но, потом, все-таки решившись, гневно нахмурился и выпалил:

— Он убил вашу матушку.

А вот это уже весьма неожиданный поворот. Надо бы поподробнее разузнать про обстоятельства этого дела. Я состроил шокированную физиономию и начал ошарашенно сыпать вопросами:

— Как это? Откуда вы знаете? За что?

— Я нашел исполнителя и поговорил с ним. Он мне все рассказал.