Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Впрочем, сколько бы они меня ни умоляли, я твердо стояла на своем. Я слишком боялась причинить им вред.

«Что ты, милая, – говорили они, – ты не сможешь нам повредить, нет-нет! Мы научим тебя управлять своей силой».

«Да, дорогуша, да! Мы научим тебя, научим!»

«Пожалуйста, Малефисента! Мы же любим тебя! Ты нужна нам!»

Так продолжалось довольно долгое время. Сестрички то и дело сваливались на меня с неба – проведать, как я живу, и снова поупрашивать меня отправиться жить с ними. Но я всегда отвечала «нет».

Со временем они стали появляться у меня все реже и реже.

Я же по-прежнему была занята книгами и своими пернатыми питомцами. Вороны летали за меня во все края, которые я сама боялась посещать, рассказывали о других королевствах и приносили мне заклинания от других ведьм. А еще доставляли вести от сестричек, поглощенных собственными приключениями."

"Прошло еще много лет, прежде чем я увидела их в следующий раз. Они снова навестили меня в моем замке и снова упрашивали переселиться к ним.

Именно тогда я впервые заметила, что в них что-то изменилось, хотя тогда не отдала себе в этом отчета. Это мне стало ясно только сейчас, когда я получила возможность взглянуть на прошлое отстраненно и непредвзято.

«Ты так одинока, моя милая, – сказала мне Люсинда. – Так ты совсем зачахнешь, если никто не будет тебя любить. Пожалуйста, приходи жить к нам. Мы составим тебе компанию, ведь ты так в ней нуждаешься. Прошу тебя, Малефисента. Иначе тебе просто не выжить».

Вероятно, это была наша последняя встреча, когда сестрички говорили в лад, как обычно.

Когда они появились у меня в следующий раз, все изменилось.

«Малефисента, пожалуйста, позволь нам помочь тебе, – взмолились сестрички, навестив меня снова. – Если уж ты никак не хочешь жить с нами, не хочешь принять нашу любовь, то, пожалуйста, хотя бы позволь нам дать тебе дочь. Дать тебе кого-то, кого ты сможешь любить. О ком ты будешь заботиться, и кто будет заботиться о тебе».

Мне очень понравилась эта идея – получить кого-то, о ком я смогу заботиться, кроме своих птичек.

И кого-то, кто будет любить меня. Правда, я никак не могла понять, каким образом сестрички способны это устроить.

«Но как?» – спросила я. Сестрички захохотали, но без всякой насмешки, а просто от счастья. Они радовались, потому что хотели преподнести мне величайший дар, на какой только были способны: любовь. Но мне было тревожно. Я сомневалась, что мне это подойдет, что я справлюсь. И что это безопасно.