Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Он раскурил трубку от горящего огарка красной свечи, выпустил дым над головой Мэтью и сказал:

— Я понял, дорогой Мэтью, что ты так и не рассказал мне, почему решил искать этого Бразио Валериани в окрестностях Венеции. — Он слегка улыбнулся, обнажив зубы. — Может, расскажешь мне об этом сейчас?

Много раз за время своей работы в агентстве «Герральд» Мэтью чувствовал, как мир уходит у него из-под ног. Например, когда он и Берри оказались в западне в школе малолетних преступников и едва не погибли под ястребиной атакой.

Или во время дела Королевы Бедлама. Или во время столкновения с хладнокровным убийцей Тиранусом Слотером, когда он понял, что за секретный ингредиент добавлялся в местные колбаски. Или на Острове Маятника, где он впервые столкнулся с Профессором Фэллом и Минкс Каттер. Или во время путешествие по болотистому индейскому краю, где пришлось столкнуться с обезображенной пантерой. Или когда он пришел в себя и понял, что является пленником прусского графа Антона Маннергейма Дальгрена.

Или во время того, как сумасшедшая Матушка Диар убила Рори Кина. Или когда он обнаружил Берри в наркотическом опьянении в «Прекрасной Могиле» Профессора. Или когда в особняке Самсона Лэша Дикарка Лиззи располосовала хулигана Диппена Нэка. Или когда пришлось отправиться в Италию, но вместо того угодить на Голгофу, опьяняющую разум всех, кто туда попадает. Или же когда он увидел полумертвого Хадсона после столкновения с обезумевшим Фалькенбергом. Однако теперь, когда ему казалось, что поиски Бразио Валериани закончены, а книга навсегда утеряна, почва из-под ног ушла особенно ощутимо.

Мэтью хотел нескольких вещей: помочь себе и Хадсону вернуться в Нью-Йорк, снова обнять Берри, помочь своему другу найти новый повод жить… однако теперь ему казалось, что все эти мечты могут разбиться вдребезги. Напряженный взгляд губернатора Сантьяго говорил ему об этом.

Раздался стук в дверь.

— Entra![18] — провозгласил Сантьяго.

Дверь широко распахнулась, и капитан Андрадо вошел первым, но остановился, чтобы пропустить в комнату второго человека.

Сантьяго встал. Он улыбнулся и быстро поклонился гостье из Испании. Повернувшись к Мэтью, он лукаво улыбнулся и сказал:

— А вот и охотница на ведьм.

И через порог переступила одна из самых поразительных женщин, которых Мэтью когда-либо видел.

Глава третья

Мэтью потерял дар речи и застыл. Он понимал, что, как джентльмен, должен встать в присутствии дамы.