Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Руку разогнуть не могу… Черт! Больно-то как! Кажется, сухожилие повредил… Сверху прилетело!

Я тихо выругался — плохо дело. Мы сейчас находимся в самой, что ни на есть заднице. А тут ещё и последняя лампа химического света выскользнула из вспотевших рук и улетела куда-то вниз, скрывшись во тьме и густой пыли. Да уж, условия хуже некуда.

— Держись, сейчас что-нибудь придумаю! — отозвался я.

Скала последний раз вздрогнула, повисла относительная тишина. Слышалось, как потрескивала горная порода. Шахта основательно поврежденного воздуховода сейчас представляла из себя черт знает что — трещина на трещине.

Рядом со мной появилась щель, в два пальца толщиной. А ну как, сейчас все обвалится?

Благо внизу, время потихоньку шло, в бункере больше ничего не взрывалось и не гремело. К счастью, та скала, под которой размещался бункер в общей массе выдержала и не обвалилась. Ну, может что и упало, духам на счастье!

Честно говоря, когда все вокруг загремело, я уж было подумал что все, останемся тут навсегда. К счастью, пронесло — порода крепкая, а прорубленный в ее толще воздуховод был сделан на совесть.

Правда, уже при последних толчках сверху неожиданно прилетело несколько небольших отвалившихся кусков бетона или штукатурки — один мне по голове, а второй угодил точно по локтю Корнееву.

Мне-то ладно, успел частично прикрыться рюкзаком и смягчить удар — бетон лишь скользнул по черепу, оцарапав мне кожу на затылке. И это я ещё успел оттолкнуться и к стенке прижаться. А вот Паше не повезло, прилетело неудачно — прямо по локтевому суставу, благо разведчик вообще сумел удержаться и не полетел вслед за ним.

Он упёрся ногами в разные стороны и раскорячился как человек-паук. А внизу черт знает что творилось, там уже и воздуховода-то толком нет. Все в пыли — ни черта не видно, повсюду трещины. Упавшей лампы не видно, дышать нечем. На зубах скрипит песок, привкус пыли…

Сверху пробивалось немного дневного света, но его было мало. Я навскидку определил, что до поверхности осталось метров семь-восемь.

Может больше, в таком положении учитывая обстоятельства, сложно что-то определить точнее.

Я отряхнулся, зафиксировал карабин, крутанулся влево и свесился вниз. Ухватил напарника за воротник душманской одежды — вроде прочная, выдержит. Поддержал, пока тот чуть отдышался.

— Лучше?

— Ну…

— Так давай вторую руку! Я тебя подтяну повыше к себе, перекинем мой карабин на тебя.

— А ты?

— У меня две руки рабочие, справлюсь.

— Принял! — сквозь зубы прошипел Шут.