Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мадлен, с легкостью совладав с застежкой подаренного мне браслета, улеглась в смежной комнате. Я же долго ворочалась в роскошной кровати, размышляя о словах этерийца. Лукас… Вернее, Арвид Римерин считал, что нас, переселенцев, в этом мире двое – он и я, поэтому вцепился в меня, как весенний голодный клещ!

Но он еще не знал, что нас здесь куда больше!

Например, Робер Хартен, так похожий на моего отца. Я уже забыла, как тот выглядел в прошлой жизни, но в этой он принял меня, словно родную дочь. Моя мама… Вернее, Эльсана Вестерброк.

А еще Иннеке, которая тоже мне кого-то напоминала...

Интересно, они переселенцы или нет?.. Ведь мои родители и Иннеке, насколько я знала, в этом мире были с самого рождения, тогда как мы с Лукасом Римерином попали сюда не так давно. Он – четырнадцать лет назад, я же прожила в Фрисвиле чуть больше двух недель.

К тому же, был еще один, с которым оказалось так сладко целоваться – Бастен Крауз! Мне казалось, что он тоже путешествует со мной… Или же за мной через миры! Но если нас здесь трое, или пятеро, или шестеро, то что это означает?.

Черт, это ведь должно хоть что-то означать!

Ответов у меня не было, а в голову лезли всякие глупости.

Наконец, порядком измучившись от вопросов, на которые у меня не было ответов, я все-таки заснула, чтобы впервые за все время в этом мире проснуться на рассвете. Лежала, прислушиваясь к звону колоколов на колокольне Храма Все-Матери, отбивавших шесть утра, потому что мне не давала покоя странная мысль.

Во сне многое из сказанного и услышанного ранее неожиданно сложилось воедино. Нет, я вовсе не узрела целостную картину происходящего в Фрисвиле и не разгадала причину своего путешествия через миры, но у меня появилась догадка. Довольно здравая, но при этом крайне сумасшедшая.

Настолько, что я обязательно должна была ее проверить!

Глава 11. Подраться

- А вы уверены, госпожа? – в который раз спросил у меня Матей. – Нас же затопчут!

Рыжеволосый увалень с явным сомнением покосился на кованую решетку ворот, отделявшую собравшуюся толпу от заветного двора перед амбаром Краузов.

Да-да, того самого, который гостеприимно распахивал свои двери каждый день ровно в семь утра, раздавая зерно нуждающимся жителям Фрисвиля. По обрывкам долетавших до нас разговоров – мы с Матеем стояли чуть в стороне, в самую давку не полезли – становилось ясно, что в амбар нас все же не пустят.