Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Отряхиваюсь, еле сдерживаясь, чтобы не чертыхнуться.

– Или открыть свой ресторан прямо у нас на кухне, – басит первый.

Парни гогочат над своими дурацкими шутками. Нервно тереблю рукава. Давайте, валите уже!

– Прикинь, они скажут потом, чтоб им все завернули с собой?

– Это будет пиздаааа! – слышу, тушит окурок в пепельнице. – Ладно, погнали. Работы дохуя.

Открывается дверь. Жду пару секунд, выбегаю из своего укрытия и успеваю просунуть ногу, прежде, чем дверь захлопнется и щелкнет магнитный замок.

Заглядываю в щель.

Вижу спины удаляющихся парней. Больше — никого. Проскальзываю внутрь.

Прохожу мимо кухни, втягивая носом ароматные запахи. Дальше, какие-то подсобки. Стараюсь не привлекать внимания. Дохожу до дверей, ведущих в зал ресторана. Заглядываю через овальное окошко. Отсюда все как на ладони.

Нахожу взглядом отца. Сидит за круглым столом, окруженный друзьями и близкими. Живо общается с каким-то усатым мужиком. Рядом – его женушка. Ухоженная дама лет пятидесяти с прическо, как у Жаклин Кеннеди.

Это она всячески и препятствует нашему с отцом сближению, я уверена. Моя мама была любовницей отца. В течение десяти лет ждала, что тот уйдет из семьи. Он вешал ей лапшу на уши и кормил “завтраками”. Как говорят, обещать – не значит жениться.

Справа от отца сидит Фил, любименький сыночек. Какой-то он дерганый сегодня, ей богу. Наблюдаю, как братец то и дело поправляет ворот рубашки и смотрит на часы.

Неужели, и правда, так распсиховался из-за нашей встречи с Леоном? Хорошо, что я ему всех подробностей не выложила.

Снова перевожу взгляд на отца. Не могу услышать, о чем они там общаются, но отец улыбается. Кажется, они отлично проводят время.

Теперь мне еще обиднее, что меня не позвали. Думает, если не может запомнить день моего рождения, то и я его не помню? От грустного вздоха на стекле остается запотевшее пятнышко.

Ну, и что дальше, Ева? Так и будешь стоять тут как маньячка и буравить их взглядом?

И тут мне снова везет.

Отец поднимается из-за стола.

Вместе с Филом идут в сторону уборных. Затаив дыхание, выхожу из своего укрытия. Представляю, что я в плаще невидимке, как будто это мне поможет.

Иду за ними на расстоянии. Когда они заворачивают в уборную, замираю у входа.

Дверей нет. Зато царит полумрак: черный пол, потолок и стены.

Отлично! Это очень подходит моей маскировке!

Набираюсь смелости. Сейчас зайду, загляну отцу в глаза и скажу: “С Днем Рождения, папочка! Спасибо, что пригласил!”

Вздыхаю.