Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Но сейчас такое время. Нужно потерпеть.

— Хорошо, — нехотя соглашаюсь. Просто потому, что изменить ничего не в силах. — Так что я там должна узнать?

Чувствую, как рука на моей талии напрягается, прижимает сильнее.

— Те люди, что убили твоих родителей, были в моей банде. Я был их главарём.



ГЛАВА 12

Я была у родителей поздним и очень желанным ребёнком. Долгие годы мама не могла забеременеть, а когда всё же удалось, папа чуть не сошел с ума от счастья. Я была подарком судьбы, смыслом их жизни. До сих пор помню, как мама называла меня чудом.

По выходным мы ездили на природу и устраивали пикники. Иногда мы с папой ловили рыбу, а мама готовила её на костре. Потом ложились спать в палатке, и папа под ворчание мамы рассказывал мне страшилки. Даже повседневная рутина в виде уборки доставляла мне удовольствие, а родители не могли нарадоваться, какая замечательная растет у них помощница.

Мы были счастливой семьёй. Идеальной во всём. После того, как я их потеряла, не верила, что когда-нибудь снова смогу назвать кого-то своей семьёй.

И вот появился он. Спаситель. Почти рыцарь, почти принц… И его маленькая кроха, которой так необходимо называть кого-то мамой. Я поверила, что они моя новая семья… А теперь узнала, что он и его люди повинны в гибели моих родителей.

И что делать с этим, я не знала. Сердцу так больно, что хотелось выть.

— Что это у тебя? — он приблизился сзади, обнял меня за талию. Уткнулся носом в макушку.

— Бабочка. Это тебе. Маринка сделала.

Я не чувствую к нему ненависти.

Нет отвращения или слепой злобы, когда хочется убить, уничтожить, хоть как-нибудь отомстить. Мне и мстить-то не хочется. Только режет всё внутри тупым ножом.

— Спасибо, — забирает бабочку. — Иди к Маринке. Мне нужно собраться.

Ухожу. Не знаю, что говорить и как себя вести, а потому тихонько сбегаю. Где-то за грудной клеткой всё так же давит, душит. Больно. И я не хочу, чтобы он уезжал. Но та маленькая девочка внутри меня, так рано потерявшая папу с мамой, бьётся в истерике и хочет выцарапать ему глаза.

За то, что позволил. За то, что разрешил тем ублюдкам грабить и убивать. И плевать ей, брошенной всеми крохе, что они выживали. Она не заслужила подобного. А ещё мне кажется, что та девочка не простит его. Никогда. Она всегда будет помнить, кто был главарём той банды преступников. Всегда будет видеть в его глазах невинно убиенных людей.

По пути на кухню встречаю двух горничных, которых раньше не видела.