Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Прежний хозяин занимался поставками редких овощей, ягод и фруктов на королевскую кухню. Поставлял он и готовые блюда.

Сам он умер от обжорства в прошлом году, а Мерлина, его вдова, одна не справляется с таким-то хозяйством. Конечно, куда ей с таким мягким характером командовать рабочими и всем остальным.

Голосок как у махонькой птички, тихий, певучий, зазывный. Сама она мягкая словно сдобная булочка. И такие соблазнительные выпуклости проглядывают через ткань темного платья. Декольте ее напрочь отшибает способность трезво мыслить.

И ещё эти кудряшки! Мелкие, чернущие, собраны на затылке в пучок. Но некоторые пряди сбежали из прически. И нахально снуют по мраморнобелым грудям, торчащим немного наружу из строгого корсета. Ух!

Невысокая, мне в лучшем случае до локтя достает головой. Слов нет, какая женщина! Вот уж точно идеал неземной красоты!"

"И, главное, умная! Понимает толк в жизни. Только за порог шагнул, сразу же пригласила нас всех на чашечку травяного настоя. Ну а там! И пирог мясной подала к столу, и вертушки из куриного мяса в сливочном соусе, и штрудельки на тарелке.

Бери, что хочешь, она и бровью не поведет.

Я спрашиваю, останется ли после сделки в доме кухарка? А Мерлина отвечает.

— Ну, что вы, господин ювелир! Откуда же у меня средства на кухарку? Я приготовила эти скромные блюда сама. Вот этими руками, — вытянула она вперёд пухленькие пальчики в россыпи тонких колечек.

— Потрясающе! — воскликнул Анджей и потянулся за булкой.

— Ну, что вы! Хотите я ещё рябчиков принесу? Копчёные в подливке из вишни.

Они мне сегодня особенно удались.

— Хочу! — брякнул я, не подумав. Объедаю красотку. Но и отказаться не было никаких сил.

Со стены мне как будто подмигнул правым глазом один из семи портретов толстяка. Это один и тот же человек изображен на картинах, или разные? Один вроде рыжий, другой седой, третий с бородой. И все как один очень толстые и улыбаются искренне.

Рябчики, картофель, запечённый в чесночных чипсах, томаты, фаршированные, перец жареный, наконец торт. Как-то мы засиделась.

Далет уже начал подпихивать Анджея к выходу.

Наконец я, ни слова не говоря, вынул из кармана и положил на стол целую пригоршню чернущего крупного перца. Вдовушка прижала ладошку ко рту и как начала слезы лить! Я аж испугался.

— Мне так жаль расставаться с этим домом! Тут прошли все самые лучшие годы моих браков. Позвольте мне остаться до ночи, господин Александр! Я должна собрать свои вещи.

— Конечно, оставайтесь. Что я не понимаю, что ли.

— Спасибо.