Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А там ещё разбираться с роднёй и неизвестным кандидатом в мужья.

Однако, первое испытание подстерегло меня гораздо быстрее, чем можно было ожидать. На первом же занятии хора. А пока я, наслаждаясь относительной свободой, шла навстречу Поле, радостно махавшей руками с огорода.

- Ну, наконец-то! - подруга сердечно обняла меня за плечи, а в ухо шепнула, - Старуха сильно мурыжила?

Судя по тому, что вопрос не был задан публично, я поняла, что и отвечать нужно с осторожностью. Поэтому, просто поморщилась и неопределённо пожала плечами, мол, потом поговорим.

Девчонки, что находились в поле зрения, по очереди обратили на меня внимание. Все по-разному. Кто-то дружелюбно улыбался, кто-то почти равнодушно отметил появление бывшей узницы, как данность. А вот черноволосая яркая девица полыхнула в мою сторону такой яростью, что сразу стало понятно, кто здесь врагиня."

"Пара барышень блёклой внешности, колупавших землю рядом с ней, опасливо и колко бросали взгляды то в сторону брюнетки, то на меня.

- Как ты себя чувствуешь? - к нам подошла девушка, явно самая старшая из присутствующих.

Высокая, с изумительного цвета пепельными волосами, отмеченная той неброской красотой, на которой обычно отдыхает глаз наблюдателя. А вот её большие глаза не выражали ничего, кроме обречённой усталости. И вся она была такая потухшая, что казалась собственной тенью. Аж озноб по коже.

И тут же стало понятно, что вопрос был задан вовсе не с целью проявить участие, а ради того, чтобы определиться, на какой фронт работ меня направить.

Ну так, чтобы по силам оказалось.

- Нормально. - ответила я, - Сносно.

- Иди, что ли, полоскать помогай пока.

- А можно я... с Полей? - глянув на местами припорошенное землёй платье подруги и поняв, что она занята на другой деятельности, попросила я.

Знала бы, на что напрашиваюсь.

- На картошку? - равнодушное лицо старшей даже отразило намёк на удивление, - Как знаешь.

Что делать? Пошла. Впрочем, никакое из дел, которыми были заняты воспитанницы, нельзя было назвать лёгким.

Совершенно нерациональным казалось то, что труженицы не имели рабочего варианта одежды.

Вот в чём пели, в том и пололи. Просто поддёргивали рукава и, сложив подол, хитро завязывали его за спиной на поясе, чтобы уменьшить длину. Понятно, почему у девчонок каждый день гора стирки, и почему цвет балахонов серенький - не так грязь заметна.

- Поможешь? - обратилась к Поле, даже близко не догадываясь, как правильно смотать конструкцию, - А то у меня руки назад ещё плохо заводятся.