Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Именно в такие моменты жизни ты и понимаешь, что всё вокруг вообще неважно. Ни злость, ни гнев, ни обиды, ни тем более месть или ненависть. Всё это несёт в себе лишь разрушительную энергию, после которой будет ждать лишь горькая пустота. Так стоит ли тратить своё драгоценное время на это?

Думаю, нет.

Важно лишь то, что самый близкий человек рядом. Живой. Тогда и ты по-настоящему жив.

Глава 59

Яна

Хочу расстроить тех, кто верит в то, что после выхода из комы, человек радостно вскакивает с больничной койки и живёт свою счастливую жизнь.

Увы, нет!

И Глеб не чудесное исключение. Реальность такова, что первую неделю он ещё находился в полубессознательном состоянии, был сильно ослаблен и очень много спал. Уже позже он расскажет мне, что первая неделя для него была каким-то пьяным бесконечно-повторяющимся кошмаром. Он не мог отличить реальность ото сна. Всё вокруг было кривым, состоящим из мелких осколков, бракованных фрагментов, поломанных кадров.

У него были провалы в памяти, дикие головные боли до дурноты, проблемы с речью.

Если быть точнее: он практически не мог говорить. Более того, обслуживать себя ему также придётся учиться заново, “собранная” рука полностью никогда не восстановится.

***

— Видимо, Миронов вас и правда очень любит, потому что вы из его памяти не исчезли, в отличие от всего остального, — сказал на выписке врач и похлопал его по плечу. — Выздоровления тебе Глеб, на реабилитациях всё выполнять, себя не жалеть, делай то, что потребуется, через не хочу, через не могу.

Надо! Есть задача — выполняешь. Только так ты быстрее вернёшься к нормальной жизни.

Глеб кивнул, и мужчины пожали друг другу руки, после чего мы вернулись домой и учились жить в новой реальности."

"Шмелёв, Кренц и Валеев взяли Глеба под свой контроль. Помогали нам в прямом смысле слова двадцать четыре часа в сутках. Они были свидетелями и самых тёмных дней в его восстановлении, когда у Глеба не было сил, когда у него было плохое настроение, когда были эмоциональные срывы, когда боль буквально размазывала его по полу, и самых светлых, когда возвращалась память, когда улучшалась координация движений, когда “собранная” рука постепенно училась делать заново привычные движения, действия, когда речь день за днем улучшалась.

Саша Белов не отставал от них, организовав за год три поездки за границу к прекрасным специалистам в области нейрохирургии.

Также за этот период Саша и Авелина стали семьёй.