Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Ты украл у меня и у дочери самый важный и нужный нам ресурс – своё время и внимание. Это раз. И воспитывать девочку рядом с безнравственным папашей я не буду даже под угрозой. Просто никогда, – медленно, почти по слогам проговорила, не отрывая глаз от лица Ильи, добавила, – я, возможно, могла бы простить и понять разовую измену. С большими вопросами, конечно. Но находиться своему ребенку рядом с морально разложившимся типом, считающим за норму жить на две семьи я не смогу. Никогда.

Он поморщился в конце, словно услышал глупость или что-то неприятное, и тихо, будто с идиоткой или больной начал говорить:

– Вик, ну о чём ты? Это реальная жизнь, и она такова.

Разве безнравственно поддерживать отношения и обеспечивать своего сына?

– И удовлетворять потребности его мамы, – перебила я его, выразительно взглянув на кучу эротического белья.

Минутку помолчала и спросила:

– И кстати, объясни, зачем твоя лярва оставила здесь своё бельишко? Её что, из дома выгнали?

Насколько я знаю, у Ирины Александровны квартира внутри Садового кольца с видом на Кремль и с озвучкой главных колоколов столицы.

Вспомнила шалавную молодость и захотелось романтики железнодорожного вокзала?

– Виктория! Не смей оскорблять мать моего ребёнка! – моментом взвился мой муж. – А ты не смей орать на мать твоего ребёнка! – парировала, усмехаясь, практически ощерив зубы. Угрожающе.

Как же мне хотелось сделать ему физически больно вот прямо сейчас! Расцарапать смазливую морду! Смазать ладонью по щеке так, чтобы отозвалась колкость щетины в ладони!

Так хотелось, что я с удивлением поняла, как у меня реально показывает правую ладонь.

– Давай договоримся цивилизованно, – предложил тем временем Илья, не подозревая о моих кровожадных планах.

Он откинулся на спинку дивана, раскинув руки, и с прищуром посмотрел мне в глаза. – О! Давай! Развод по суду, алименты и раздел совместно нажитого – вполне цивилизованный метод, принятый во всём мире. В чём проблема? – с энтузиазмом отозвалась я на его предложение и встала с кресла, разворачиваясь к нему всем корпусом.

– Мамочка! Я собрала семь игрушек и три куколки. Я готова уже ехать? – вовремя появилась из комнаты Милочка, толкнув прикрытую дверь.

– Давай посмотрим, солнышко? Показывай игрушки! – шагнула я в сторону ребёнка и зашла в детскую.

– Смотри, – махнула рукой на сваленную посреди кровати кучу Милочка.

– Раз, два, три, – откладывала я в сторону по одной её сокровища.

Посчитала до семи и посмотрела на дочь.