Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Обхватываю, даю познать и принять мое признание. Но вместо принятия, ярко ощущаю под ладонями как трясутся хрупкие плечи.

Замедляюсь. Обхватываю руками ее лицо, сцеловываю непролитые реки. Поцелуи неровные, рваные, но лучше их нет ничего.

— А ты для меня.

— Серьезно?

— Да.

— Дин, я клянусь тебе, ты не пожалеешь.

— Да.

— Иди ко мне, — зову не телом, она и так тесно прижата. Душой зову. — Дин, — не могу прерваться, наполняю ее и покидаю. Хочу, чтобы запомнила наше единение не только физическое, но и духовное.

Только так и никак иначе. — Люблю. Я тебя люблю, Барская.

Раскаленное стекло керосиновой лампы с треском разлетается по пространству. Летит, сея осколки в наши тела, шрамирует и застревает в коже живыми свидетелями произошедшего. Это наша клятва. Наш завет, обет и я готов соблюдать его первым.

Я готов нести свою лютую любовь сквозь время, потому что боюсь потерять, что обрел с трудом. Держу крепко наше начало, наш исток и не дай Бог хоть кому-то помешать.

— Про меня ты все знаешь, Давид, — горячо шепчет Дина, а я отрицаю.

Выпрашиваю признание или хотя бы что-то, что меня успокоит. Мне важно услышать подтверждение и Дина, конечно, не разочаровывает. — Ты для меня все, — повторяет снова и снова. — И я тебя тоже. Люблю. И всегда… я тебя всегда.

Глава 42

— Дина, благодарю за приглашение. Я рад, что сотрудничаю именно с вами.

Поднимаю бокал и чокаюсь с нашей находкой, с автором что подает огромные надежды. Желаю всего самого лучшего и спешу приветствовать следующих.

Сегодня официальная презентация моего издательства. Высший уровень, все как нужно и даже больше. Барский рекомендовал нашей команде самых успешных рекламщиков, промоутеров и помог без очереди выбить лучший зал для проведения мероприятия. Да, без него никуда. Наступило время, когда он словно моя тень. И даже когда Давид мотается по многочисленным командировкам, мы теперь всегда на связи.

Тот вечер открыл новую грань в наших отношениях, но вместе жить мы так и не стали. Я против.

И что мы встречаемся тоже не знает почти никто. Давид если и удивился требованиям, но вида не подал. Лишь кивнул и быстро перевел тему для разговора.

Признаюсь, я капризничаю и пользуюсь своим теперешним положением. Вырываю все, что только можно. Минус один и очень большой, Давид начинает терять терпение. Он хочет меня себе в безраздельную власть, хочет, чтобы все знали, что принадлежу только ему. Ну вы поняли, я балансирую на грани. И да, я счастлива.