История Гиены. Хроника подлинного расследования. Книга 1 читать онлайн

Представитель полиции уточнил, что потерпевшая находилась в доме с двумя детьми, преступник угрожал ей «большим пистолетом». О том, что на месте преступления оказался муж изнасилованной женщины, представитель полиции упоминать не стал. Правоохранители явно намеревались продолжать свою дурацкую игру, однако события уже вышли из-под их контроля.

На следующий день — 4 мая 1977 г. — газета «Сакраменто юнион» сообщила, что преступник совершил накануне нападение на дом, в котором находилась семейная пара.

Это было первое сообщение в средствах массовой информации, в котором признавалось, что преступник способен совершать нападения не только на одиноких женщин, но и на пары «мужчина» -«женщина». При этом газета мимоходом упоминала, что нападение, произошедшее накануне, является вторым преступлением такого рода. Откуда журналисты получили эту информацию неясно, поскольку никаких официальных заявлений на этот счёт представители полицейских служб и прокуратуры не делали. О двух предшествующих преступлениях, произошедших 2 и 15 апреля, в газете ничего не сообщалось, видимо, журналисты «Сак юнион» пока ещё не знали деталей, связанных с ними.

Тем не менее, несмотря на очевидную неполноту информации, данное сообщение грозило скандалом. Ещё бы, две самых уважаемых газеты Калифорнии описывают одно и то же преступление совершенно по-разному! Тут уж любой обыватель поймёт: кто-то кого-то явно дурит!

Далее последовали события, вызвавшие своей непредсказуемостью некоторую оторопь.

Фил Рэйнз (Phil Raines), 34-летний биржевой брокер, работавший в Сакраменто, в начале мая 1977 г. занимался перевозкой вещей из одного дома в другой. Около года он прожил в небольшом домике на Манзанита авеню (Manzanita Avenue) в Кармайкле, но весной присмотрел гораздо более просторный и удобный дом в Оранджвэйле. Дом был новым, двухэтажным, площадью более 200 квадратных метров и большим двором, в котором ландшафтный дизайнер сохранил большой старый дуб и густые кусты вечнозеленого лаврового сумаха.

Скромные петербуржцы, описывая такое жильё, обычно добавляют: «чтоб я так жил!» Хотя новый дом Фила Рэйнза находился гораздо дальше от места работы, его приобретение казалось делом весьма выгодным, поскольку район Уинтербрук-вэй (Winterbrook Way), где он располагался, считался куда более статусным, а потому имелась хорошая перспектива роста цены на недвижимость в будущем.