Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Для эффективного противодействия кризисам перепроизводства необходимо все предприятия объединить в единый хозяйственный механизм и замкнуть на две управляющие структуры – Госплан и Госснаб, работающие на основании „Плана развития Народного хозяйства“.

Лекарство предлагает марксистское, а от идеи Маркса о безденежном обществе камня на камне не оставил. Итак, на какие проблемы он тут указывает?

В теории обмен без денег выглядит, конечно, красиво, однако, если в “единой народно-хозяйственной системе” заводов будет несколько десятков или даже сотен, пересчитать и учесть все их потребности и потенциал в натуральных показателях практически невозможно.

А если переместиться в товары для людей…

Чтобы произвести миллион шляпок для наших женщин, посчитаем, сколько нужно произвести овец. А для этого требуется вычислить необходимое количество пастухов. А для пастухов определить потребность хлеба, тулупов и всего остального. Запланировать, сколько металла выплавить, чтобы изготовить из него чашки, в которые пастухи будут разливать похлебку… И так далее, и тому подобное… Когда начинаешь доходить до каждого пастуха и его потребностей… Получается абсурд, поскольку это всё начинает ветвиться и размножаться волнами, которые уходят в запределье.

Вторая проблема возникает, когда каждому по норме распределяют два костюма, три косынки. Одному две буханки хлеба, другому – одну… Очень быстро выяснится, что некоторым двух булок – мало, а иным и одной – много. И так со всеми распределяемыми вещами. И пойдёт неконтролируемый обмен, причём, в самых разных местах: в подворотнях, в соседских избах…

А Ильич ведь об этом много говорил.

Он уверен: если мы допустим этот неконтролируемый обмен, он, как за хвост, потащит за собой весь капитализм. Поскольку „капитализм“ – это, прежде всего, рыночный обмен. Если наши люди по мере развития социализма будут получать через распределители всё больше и больше материальных ценностей, то эти неконтролируемые обмен и рынок будут развиваться также всё больше и больше.

И никакие посадки, никакие расстрелы „чуждых элементов“ эту проблему не решат. Поэтому надо было придумать что-то такое, что могло бы эту тенденцию сгладить, а лучше бы – вообще ликвидировать эту пагубную тягу „старорежимных людей“ к обмену, этот „нарыв капитализма“…

Император предлагает вместо отказа от денег – трёхконтурное обращение и самая бомба – особый порядок эмиссии: Госбанк не кредитует коммерческие банки, а выкупает производимую продукцию.