Горький ветер свободы читать онлайн

Мужчина в черном коротко переговорил с привратником, который во время этого диалога таращился на меня с таким интересом, будто впервые увидел; потом нас пропустили внутрь и попросили подождать. Сбежались слуги, стали наблюдать за нами, перешептываясь, но подойти близко никто не решался. Мои щеки наверняка приобрели пунцовый оттенок. Сейчас я ненавидела цвет своей кожи: на смуглых лицах южан румянец не так бросается в глаза. Мало того, что слуги видели меня в сопровождении стражи, так еще и наверняка успели прослышать, по какому обвинению я арестована.

Еще несколько минут – и лакей повел нас на второй этаж. Стало быть, Данте дома и согласился нас принять. Или его нет, и вместо него нас ждет Ренцо? В любом случае мои щеки стали еще горячее.

Но до кабинета Данте мы не дошли. Он сам быстрым шагом шел нам навстречу. Брови нахмурены, глаза метают молнии.

– Как вы посмели арестовать моего человека? – голос звучит не только холодно, но и грозно.

Намеренно проигнорировав преграждавшего ему дорогу стража, он заставил последнего посторониться, встал возле меня и положил руку мне на плечо.

– Против этой женщины выдвинуто обвинение в воровстве, – формальным тоном сообщил мужчина в черном.

– Ну так задвиньте его обратно, – отрезал Данте, и в его голосе не было даже намека на иронию.

– Простите, дон Эльванди, но мы не можем этого сделать, – вежливо, но твердо ответил страж. – Обвинение выдвинуто совершенно официально, написана соответствующая бумага, делу дан ход. Истец – уважаемый человек…

– Кто? – перебил его Данте.

– Дон Женнаро Лоцци, – последовал ответ.

Данте нетерпеливо передернул плечами.

– В первый раз слышу про этого «уважаемого человека». В чем конкретно заключается обвинение?

– Дон Лоцци утверждает, что пятого числа этого месяца в чайной на улице Южного ветра Сандра Эстоуни украла у него кошель, в котором находились деньги и, главное, драгоценности на общую сумму в три тысячи динаров.

Я в ужасе расширила глаза. Ничего себе сумма! Нормальные люди не носят с собой в кошелях даже десятой ее части.