Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Все это время, думая о том, что будет, если тот узнает правду о нем, о том, что тело его «любимого» младшего брата занимает совершенно посторонний человек, Шен думал о боли, которую это принесет. Но…

«Не тебя ли можно считать его убийцей? — вглядываясь в зеленые глаза «брата», подумал он. — Все это время, был ли хоть день, когда ты не напомнил ему о вине? Он сказал, что больше всего на свете любил вас двоих. Вина за смерть Рурет каждый день разъедала его душу. Ты был единственным близким человеком, оставшимся рядом с ним.

Но что ты сделал? Ты на самом деле не понимал, к чему это приведет? Ты вообще любил его?»

— Почему ты так смотришь? — напрягся Шиан.

«Я чувствовал вину перед тобой, ведь занимаю тело твоего младшего брата, к которому ты так привязан. Обманываю, продлеваю видимость его жизни. Но, если так подумать, ты гораздо хуже меня. Я всего лишь притворился, чтобы выжить. Ты же… убил его».

«О чем ты думаешь?» — спросил Муан."

"«Я внезапно прозрел, — поделился Шен. — Шиан был единственным, кто заставлял меня чувствовать вину за то, что я притворяюсь Шеном.

Я думал о том, как он любит своего младшего брата, как он одержим им и как ужасно ему было бы узнать, что на самом деле его брата давно уже нет. Но, думая так, я отчего-то представлял Шиана обычным человеком. Но это не так. Он жестокий манипулятор, не ведающий чувства сострадания. Может, он и любил Шена по-своему, но эта любовь не могла принести ничего, кроме боли».

«Ты осознал это, просмотрев те воспоминания?»

«Да. Я все еще не имею общей картины, но человек перед нами мучил Шена, я в этом уверен.

Он раз за разом осознанно бил по его слабым местам, заставляя чувствовать вину за смерть Рурет. Не уверен, что не было бы гуманнее просто убить Шена».

— Почему вы так на меня уставились? — настороженно переводя взгляд с Шена на Муана, спросил глава ордена.

«Мне трудно это представить, — мысленно произнес Муан. — Тот Шен всегда представлялся мне жестоким типом. Я не знал его в то время, когда Рурет еще была жива, так что понятия не имею, насколько изменился его характер».

«Позже я расскажу тебе обо всем, что увидел в воспоминаниях».

— Просто твои слова заставили меня задуматься, — ответил Шен на вопрос Шиана.

— Я надеюсь, ты не будешь действовать сгоряча, — криво усмехнувшись, произнес тот. — Это все, что ты хотел мне сообщить? Если так, теперь пойдем. Я отведу тебя отдохнуть.

Шен почувствовал легкую дрожь в руках из-за того, как сильно ему захотелось ударить «своего» брата.