Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Яков чуть вскинул бровь, но голос остался ровным:

— Господин, не забывайте. Вы только пробудили своё Эхо. Случай с Ванессой — это, скорее всего, случайность. Вы могли погибнуть, работая с таким количеством струн, с каким вы тогда столкнулись. Да, результат получился… но тогда вы потеряли сознание. А с письмом — вы лишь увидели, как работает структура. Я не дал вам вмешаться. Осознанно. Понимал, что вы можете снова потерять сознание, а времени у нас не было. Завтра к нам прибудут гости. Мне нужно было ввести вас в курс дел — насколько успею.

Чтобы вы хотя бы в общих чертах поняли, в каком мире находитесь.

Он задумался на секунду и добавил, чуть мягче:

— Хотя, должен признать, хорошо, что вы всё схватываете так быстро. Мне не пришлось разжёвывать вам каждую деталь.

— Ну, это логично, — отозвался я, не без тени иронии. — В моём мире я знал практически всё, что можно было изучить. Я гений.

Яков чуть усмехнулся, но тут же посерьёзнел.

Он на секунду задержался с ответом, словно подбирая нужные слова:

— Тогда многое становится понятным.

Эхо вашего рода — не обычное. Оно требует высокой… скажем так, когнитивной нагрузки. Большей, чем у других. Не каждый разум способен выдержать работу с его плетениями. Возможно, именно поэтому оно и не активировалось у тех, кто был до вас.

Яков немного выпрямился, взгляд стал чуть жёстче, но не холодным:

— Я хотел бы откланяться . У нас ещё будет время обсудить некоторые детали, и вы сможете задать свои вопросы. А сейчас мне нужно подготовить артефакт, чтобы вы смогли им воспользоваться.

Я уловил, что это вежливый способ дать понять — разговор окончен. Хотелось напроситься с ним. Желание изучать перекрывало даже вопросы приличия. Но я понимал: меня всё равно не возьмут. Мне придётся остаться здесь.

— Спокойной ночи, — кивнул я. — Спасибо, что рассказали так много. Мне нужно время, чтобы всё это разложить по полкам.

Я начал подводить итоги последних событий.

О Якове. Он знает больше, чем говорит. Не врёт — просто не может говорить всё. Его что-то останавливает.

Он понимает, как работает память, и даёт мне подсказки: имена, детали, факты. Не обучает напрямую — направляет. И это работает.

О Ванессе. Первый человек, с кем я заговорил в этом мире. Человек с мутацией. Я восстановил её руку, но, похоже, нарушил её расчёт. Она сама это сделала. Надо было чинить лицо — но вмешался туда, где не просили. Блондинка, подтянутая, с хорошей фигурой. И явно не похожа на простолюдинку.

О себе и Эхо. Я вижу плетения. Понимаю.