Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Он показался мне порядочным еще в первый раз, когда я его увидел, – признался он. – Я рад, что судьба свела тебя с ним снова. Вторые шансы… выпадают редко. Я на свой не рассчитываю. Прошу только, не злись на мать, – подумав, добавил он.

Одобрение Максу не было нужно, поэтому он лишь кивнул.

– Было бы нечестно и лицемерно с моей стороны, получив второй шанс, не дать его другому, – тихо ответил Макс, повернувшись, наконец, к отцу. – На маму я не злюсь. И… я прощаю тебя, отец.

Подобный ответ он явно не ожидал услышать и вопросительно взглянул на сына, желая удостовериться, что все это не жестокая шутка, которую он вполне заслуживал за свое поведение.

"– Ты.. ты действительно готов простить меня? – спросил Фернан, боясь что ослышался. Он сделал шаг к своему сыну, заглядывая в его глаза и не веря, что его жестокую выходку, которую только можно было придумать по отношению к родному человеку, простили и забыли.

– Да, я готов простить тебя. Я не оправдываю себя, но понимаю, что моя репутация была весьма сомнительной.

Все годы в тюрьме, наверное, больше всего меня поддерживали мысли о возмездии, но Гидеон убедил меня, что нельзя жить местью. И обидой тоже жить нельзя, никому из нас от этого лучше не будет. И я не хочу, чтобы мама страдала, – добавил он, прямо глядя на отца.

– Перед ней я тоже виноват, – кивнул он. – Я должен извиниться и перед ней. Думаю, она будет счастлива узнать, что мы помирились.

– Да, я тоже так думаю, – Макс улыбнулся и, заметив еще один короткий шажок отца, качнулся навстречу.

Они и раньше-то не особо обнимались, но сейчас это казалось логичным.

Фернан обнял сына первым, прижав к себе и внезапно охнув от накрывших его эмоций. У него внутри все сжалось, а с души свалился огромный камень.

– Ох, Макс… Мне так жаль, – проговорил он.

– Ничего… пап, – поначалу Макс неловко обнял отца, но потом крепче обхватил его и погладил по спине. Сейчас стало как-то особенно заметно, что и отец постарел.

Видя, что они обнимаются, Гидеон и Изабелла подошли к ним. Женщина еще не верила до конца и спросила:

– Вы… помирились?

– Да, мам, помирились, – Макс мягко ей улыбнулся, взяв за руку.

– Все хорошо.

Естественно она не выдержала и расплакалась, хоть новости были и хорошие.

– Мне кажется, сегодня на лыжах кататься не стоит… – сказал Гидеон.

– Да черт с ними, с лыжами, – отмахнулся Фернан, приобняв супругу за плечи.

– Пожалуйста, пойдемте куда-нибудь посидим все вместе, – всхлипывая, попросила Изабелла. – Расскажете, как вы живете.