Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"Он откидывает мои волосы и целует шею. Нужно ли говорить, что никакого Кирилла больше не существует? Он не давал мне и половины того, что я сейчас ощущаю. Придумала себе историю любви, и сама же в нее поверила. Кирилл обыкновенный, среднестатистический парень. Как хорошо, что я не поддалась его уговорам и сохранила себя для этой неповторимой, яркой, особенной минуты.

Даже объятия мажора похожи на сказку. Сердце ускоряется, я дрожу от предвкушения. В этом мужчине так много загадочного. Язык не поворачивается назвать его парнем.

Он станет моим первым мужчиной, потому что я так решила, потому что лучше я никогда не найду.

— Ты просто богиня, лапочка. — Ласково касается меня Дима. — Нежная, вкусная, сладкая.

Я все еще стою к нему спиной, лишь поворачиваю голову, запрокидывая, и мы целуемся.

Хотя нет, просто поцелуй — это другое, Дима впивается в мои губы. Это ни с чем не сравнимый кайф.

Спиной чувствую твердость мощной мужской груди. Когда он успел снять рубашку?

Его загорелые мускулистые руки сводят меня с ума, я трогаю его бицепсы.

Он рассказывал, что много занимается спортом, сейчас я вижу это. Выглядит просто обалденно. Мое платье открыто со спины, и, прижимаясь друг к другу, мы ощущаем прикосновения кожа к коже. Непривычно, но тягуче приятно и сладко.

Чувствуется, что он опытный, пальцы длинные, сильные и уверенные. Дима такой страстный, ему мало.

Столько эмоций, запретных желаний. Нет, я не передумаю, я не дам заднюю. Его запах, его сила, его огонь — другого я не хочу.

А я испытываю восторг оттого, что мы заходим так далеко, оттого, что его руки делают со мной невиданное ранее. От его похвалы. Этот риск заводит меня. Ведь это впервые. Все только с ним. С Кириллом у нас никогда ничего толком не было, кроме поцелуев, сейчас я понимаю, что не хотела его. Вообще никого не хотела, потому что с Димой я просто ничего уже не соображаю.

И пока я отвлекаюсь на поцелуй, все еще прижимает мою спину к своей груди и развязывает лямки на платье.

Оно падает вниз, к моим ногам.

Я ничего не вижу, в глазах мутно из-за желания. Дима как будто заколдовал меня, и я делаю все, как он хочет. Он идет дальше…

— Ай, стой!

— Ты еще никогда, верно?

Мажор останавливается.

— Хочешь, чтобы я прекратил? — звучит отчаянно и глухо.

— Нет, — неуверенно, но жадно и смело, — хочу, чтобы продолжал.

— Ты такая обалденная, я сейчас взорвусь. Иванка, меня так сто лет не штормило.

Все происходит так быстро.