– Привет тебе, ночной путник, – заговорил он обычным человеческим голосом.
– И тебе привет, только я хотел бы видеть того, с кем говорю, – ответил я.
– Что ж, изволь, – факел у него был-таки, и он как-то очень быстро его зажёг. – Смотри.
А дождь к тому времени поутих немного. Я глянул – знаете, ничего особенного. Вроде по облику человек. Волосы светлые, мокрые. Глаза мрачные, и смотрит очень пристально. Сам весь в тонкой коже, вышитой серебром – и дублет, и штаны, и сапоги даже, в свете факела так и сверкает.
Подтащил лежащее поодаль бревно и сел на него – напротив меня. Спросил – кто я, откуда, и как оказался в лесу в такую ночь, когда разумные люди сидят дома у камина и молятся, ну, или сказки слушают – кому как больше по нраву. Я рассказал ему про чёртова коня, и не знаю, поверил он или нет, но спросил – желаю ли я испытать судьбу и оставаться здесь до утра или же предпочту вернуться к своим людям. Я сказал было, что уж как-нибудь до утра досижу, а утром меня непременно найдут, но тут примолкшие было волки как взвоют снова, и мне показалось, что они ближе, значительно ближе к нашему оврагу.
Тут гость – или хозяин тех мест, я, возьми меня преисподняя, не понимаю и сейчас – рассмеялся и ответил, что найдут, конечно, найдут, всё найдут, что от меня останется. Например, серебряную пряжку уж точно никто есть не станет. И пуговицы, скорее всего, выплюнут. Я сидел ни жив ни мёртв, мне показалось, что нас окружили четвероногие твари, и я слышу за спиной шаги их мягких лап.
И тут он говорит – а знаешь, я ведь могу вывести тебя к таверне старого Дэна, и ни зверь, ни человек тебя не тронет по дороге.
Только, говорит, будет у меня одно условие. Я, конечно, спросил – какое условие. Такое, какое тебе по силам, – усмехнулся он. Тогда я сказал – если это мне по силам, то я выполню его, у меня наследник вот-вот родится, мне ещё его на ноги ставить, мне нужно домой! Он усмехнулся как-то странно и говорит – слышал я, есть у тебя незамужняя дочь. Две старшие замужем, а младшая пока ещё не выпорхнула из родительского гнезда.
Я вдовец, и ещё у меня где-то бродит по свету неженатый сын, так отдай свою дочь либо за моего сына, если он вдруг найдётся, либо за меня, если он не вернётся в родительский дом. А я выведу тебя из леса и передам в руки твоим людям.
Я задумался – с одной стороны, мы уже предварительно обсудили брак Анны с Уолтером, но окончательного договора не было. Он заметил, что я замолчал, и снова усмехнулся. Жизнь за жизнь, говорит.
