Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Уж матушка бы позаботилась об этой зашуганной серой мыши!

А теперь придется ездить в особняк каждый день, делая вид, что идет подготовка к свадьбе! Иначе кредиторы прижмут его векселями. Да и в клубе перестанут записывать долги, потребуют оплаты, а денег нет и взять неоткуда. Не всем везет на богатых тетушек, разумно вкладывающих деньги в акции кораблей и государственных предприятий!"

"Десмонд поправил перчатки, оглядел запущенный парк и двинулся вниз по улице к стоянке кэбов. Он надеялся принести сегодня добрые вести Майенлиффу, поэтому назначил встречу в ресторане.

А теперь придется выкручиваться, объясняя, почему особняк все еще не продан.

Поморщившись, молодой человек взмахом трости остановил ближайший наемный экипаж и приказал ехать в “Рулез” – известное респектабельное заведение, где мужчина мог получить ростбиф с йоркширским пудингом и пирог с почками в любое время суток.

Майенлифф уже сидел в уютном углу, отделенном от основного зала фигурными решетками. Десмонд сделал знак старшему официанту, показывая, что его ждут, оставил трость с цилиндром в руках швейцара и неспешно прошел к нише.

Знаменитый пивовар был тучен, одышлив и весьма любил жирные гесенские колбаски с капустной запеканкой. Виконт сел напротив, стараясь удержать на лице приветливое выражение, и приказал подскочившему официанту:

– Сандвичи с ветчиной и стакан хереса!

– Вы сегодня скромны, – сразу отметил пивовар, накалывая на вилку кусок колбасы. – Леди Гейбл согласилась продать мне дом?

– Пока нет, – беззаботно отозвался Десмонд, скрывая внутреннюю дрожь.

– Но вам не о чем беспокоиться. Леди плохо себя чувствует, поэтому не торопится принимать решения.

– Странно, – Майенлифф отложил в сторону салфетку, – я слышал, что сегодня в особняк явился стряпчий…

– Прошло сорок дней со дня смерти леди Бронсон, нотариус приходил, чтобы прочесть завещание.

– Есть сюрпризы? – так же медленно и тяжело уточнил толстяк, не спеша возвращаться к своей трапезе.

– Нет, – старательно удерживая легкомысленный тон, рассказывал Марк, – Джулиана наследует все, но получит наследство только в тридцать лет, либо выйдя замуж.

Если она откажется продавать, я передам вам дом в счет долга после свадьбы.

– Что ж, я рад, что вы не забываете своих обязательств, виконт, – пивовар глянул маленькими бесцветно-серыми глазками в лицо Десмонда, и блондин с трудом удержался от дрожи.

***

Марк отлично помнил, как познакомился с этим человеком. Он тогда был на континенте.