Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Людям свойственно не допускать этого состояния, пытаться от него бежать – сходить в ресторан, в кино, встретиться с друзьями – сделать что угодно, но только от него бежать. Если вы попытаетесь от него бежать, вы снова упустите то, что вот-вот должно было случиться. Поэтому: расслабьтесь в этом состоянии.

274

Истинное и ложное

Когда ум впервые становится медитативным, любовь кажется рабством. И в определенном смысле это правда, потому что немедитативный ум не может по-настоящему любить. Его любовь была ложной, иллюзорной – скорее лихорадкой, чем любовью.

Вам не с чем сравнить ложную любовь, пока не случится настоящая, и когда начинается медитация, иллюзорная любовь постепенно рассеивается, исчезает. Не впадайте в уныние и не делайте это разочарование своим постоянным состоянием.

Если творческий человек начинает медитировать, на некоторое время все творчество исчезнет. Если вы художник, вдруг окажется, что вы больше не в состоянии им быть… Вы можете продолжать, но постепенно окажется, что у вас больше нет энергии и энтузиазма.

Если вы поэт, поэзия прекратится. Если вы любили, энергия любви просто исчезнет. Если вы принудите себя поддерживать отношения и быть таким, как были раньше, это принуждение будет очень опасно. Вы попытаетесь делать нечто противоречивое: с одной стороны, вы пытаетесь войти внутрь, с другой стороны, вы пытаетесь выйти наружу. Это все равно что в машине нажимать одновременно на газ и на тормоз. Дело может кончиться плохо, потому что вы делаете взаимоисключающие вещи.

Медитация против ложной любви, но только ложной. Ложное исчезнет, а это главное условие того, чтобы возникло настоящее. Ложное должно исчезнуть, ложное должно полностью освободить место; только тогда вы окажетесь открытым для настоящего. Многие люди думают, что любовь против медитации, а медитация против любви – что неверно. Медитация против ложной любви, но истинную любовь она поддерживает целиком и полностью.

275

Беспомощность

Мир огромен, и человеческие существа беспомощны.

Трудно, очень трудно это принять, но как только вы это примете как неизбежное человеческое страдание, вам станет очень спокойно.

Легче принять собственное страдание, чем страдание другого. Можно даже принять страдание другого, но страдание ребенка – невинного, беспомощного, страдание без всякой причины… он не может отомстить, не может даже воз-разить или постоять за себя – кажется таким несправедливым, таким безобразным, ужасающим, что принять его трудно.