Центр силы читать онлайн

Ничего не болит только у покойников. Поэтому я заставил себя выползти из-под навеса. И даже сесть. На два этих простейших действия был потрачен целый час.

Наверно, я был похож на какого-то пришибленного жука, лежащего на спине. Руки шевелятся, как хотят, ноги шевелятся, как хотят… Всё это напоминало мои первые пробуждения. С той лишь разницей, что теперь никто не мог мне помочь. И я заставил себя двигаться.

Я рычал от бессилия. И плакал от собственной никчёмности и обиды. Но с каждым движением ко мне медленно возвращался контроль над телом.

Две других отдал Русому.

Спустя два часа я утвердился на ногах и побрёл в выгоревший лес. Мои ноги, шаркающие по земле, поднимали в воздух пепел и гарь. А лёгкие вдыхали эту дрянь, заставляя меня кашлять и выхаркивать кровавые сгустки. Но я шёл, двигался — и только это имело значение!..

Как маленькая шхуна, попавшая в шторм, я скользил по волнам боли, пересекая бескрайний, сцуко, океан страданий!.

А потом я выбрался из Страшной Пущи и пошёл к Алтарному…

Силы покинули меня, и я лежал…

На остатках упрямства я полз…

Меня несли… Было больно…

Кто-то что-то кричал…

Моя рука касается сенсора двери…

Меня пытаются засунуть в медицинскую капсулу…

Отказывает зрение… Но экран на роговице глаза ещё может посылать сигналы в мозг…

Оплата лечения составляет: 15331 балл.

Для восстановления тканей нужно потратить 4,63% запасов биологического материала из репликационных запасов.

Желаете начать лечение?

Сам собой, да!.. Укол в шею — это больно… Но мне и без того больно… Я уже даже не дёргаюсь…

А потом боль начинает отпускать, сменяясь ощущением прохлады. Оно распространяется от места укола и медленно охватывает всё моё измочаленное тело. И когда прохлада, наконец, окутывает голову — наступает спасительная тьма…

Глава 17.

Дневник Листова И.А.

День сорок восьмой. Почти как герой.

— Полтора миллиона баллов, Вано! Погнутые! — Кукушкин подтолкнул ко мне винтовку. — Вот он, твой трофей…

Я очень внимательно осмотрел оружие. И даже признал, что мы с ним встречались. Очень уж знакомым было ощущение, когда взял винтовку в руки.

— Так вы ругаетесь или радуетесь? — как бы между делом, уточнил я.