Тифлис 1904 читать онлайн

 – Деньги мы отбили и пересчитали заново. Там всего пятьдесят тысяч. А остальные где?

– Откуда я знаю? Спросите у кассира. Мы с вами вместе их опечатывали, забыли?

– У кассира уже спросили, он показывает на вас, – вступил в разговор полицмейстер.

– А вы вообще молчите, вы у меня в подчинении! – заорал Трембель.

– Вот еще, буду я всякой сволочи подчиняться!

Так они и пререкались все двенадцать верст до Коджор.

Когда арестованного ввели в кабинет Фрезе, Лыков доложил:

– Ваше высокопревосходительство! Нападение дашнакцаканов на карету с деньгами отбито.

Генерал осенил себя знамением, подошел к Лыкову, осмотрел его внимательно и сказал:

– Кажется, и в самом деле ничего серьезного.

– Заживет, Александр Александрович.

Фрезе обратился к пограничнику:

– Дашнакцаканов исключительно редко удается взять живыми. Примите мою признательность, господин штабс-ротмистр.

– Рад стараться, – по-солдатски ответил Топурия, порозовев от удовольствия.

– Теперь вы. – Генерал встал напротив Трембеля и вперил в него взгляд. – Вы… У меня даже слов недостает, как вас назвать.

– Я требую все мне разъяснить! – визгливо начал Трембель. – Вот уже час меня оскорбляют, не предъявляя никаких доказательств.

– Деньги украденные нашли? – спросил Фрезе у полицмейстера.

– Мы знаем, где они. Пока не успели.

– Кассир признался?

– Точно так, ваше высокопревосходительство. Дал показания на Трембеля как главного заправилу всей аферы.

– А где ротмистр Чачибая?

– Только что мне сообщили: начальник конвоя найден у себя на квартире убитым. В вещах погром.

– Кто его, как думаете? – обратился к питерцу помощник главноначальствующего.

– Конечно, абрек Зелимхан, – ответил Лыков. – Я докладывал. Абрек обиделся на ротмистра и отомстил.

Трембель слушал молча, но вдруг начал оседать на пол. Питерец подхватил его и потащил к стулу. Из безвольно разжавшегося кулака статского советника выпал пузырек и покатился по полу.

– Черт, просмотрели!

Алексей Николаевич взял склянку, понюхал и сообщил:

– Цианид. Как же вы его не обыскали?

Ковалев отмахнулся:

– Да не жалко! Покончил с собой и тем признал вину. Доказательств у нас вагон. Все, дело о «большой постирочной» закончено.