Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Появляться в клоаке порока под гербом этого угасающего рода? Лишнее внимание. Я отправлюсь сам, как частное лицо.

Единственное, что я взял у него — это немного денег, хотя понятия не имею откуда он сам их взял. Но начальную ставку надо делать, а у меня в кармане ветер свистит.

Мой наряд был прост. Темный, идеально скроенный костюм без единого опознавательного знака. Одежда человека, которому не нужно кричать о своем статусе с помощью побрякушек. Моя цель — быть незаметным ровно до того момента, пока я сам не решу стать центром всеобщего внимания.

Я вызвал обычное городское такси. Поездка сквозь ночной город стала для меня очередным сеансом изучения местной фауны. Я смотрел из окна на суетливые толпы, на их лица, озабоченные мелкими, ничтожными проблемами: ссорой с женой, грядущей оплатой счетов, мнением соседа. Их мысли были открытой книгой, полной самых скучных историй. Этот город, как и любой другой, был муравейником, полным бессмысленной суеты и шума.

«Поразительно, Ваше Темнейшество, — прокомментировал в моей голове дух-ИИ.

— Эффективность их транспортной системы составляет 12%. Простейший планировщик мог бы оптимизировать эти потоки и сократить пробки на 80%».

«Не отвлекайся, — мысленно оборвал я ее. — Просто сканируй окружение на предмет аномалий».

«Сканирую, — с ноткой обиды в голосе ответила она. — Кроме аномального уровня глупости в архитектурных решениях, ничего интересного».

Такси высадило меня в квартале от цели, перед фасадом помпезного здания.

Я расплатился и вышел. У входа в «Золотой Лабиринт», подобно каменному изваянию, застыл охранник в строгом костюме.

Он преградил мне путь молчаливым движением руки.

— Ваше имя и рекомендация? — его голос был таким же безжизненным, как и его лицо.

— Калев Воронов, — бросил я.

Он на мгновение замер, и я уловил в его мыслях тень удивления. «Воронов? Эти еще живы?». Затем охранник сверился с каким-то устройством на запястье. Имя моего рода, хоть и покрытое пылью забвения, все еще было в списке тех, кому дозволено просаживать здесь свои деньги.

Охранник молча отступил в сторону и открыл передо мной дверь. Я шагнул внутрь, оставляя за спиной прохладную ночь и вступая в душную, сюрреалистичную атмосферу театра иллюзий.

Моему взору предстало то самое произведение искусства, о котором говорил Себастьян.

Роскошный, декадентский интерьер, но с едва уловимым чувством «неправильности». Лестницы, казалось, вели в никуда.