Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Здравствуйте, Куркуль!

Стрельцов делает знак приехавшему с ним сержанту. Вдвоем с Ерошкиным они быстро обыскивают Иванова.

— Вы, видно, путаете меня с кем-то, — возмущается Иванов. — Или шутите, может быть?..

— Какие уж там шутки, — хмуро усмехается Стрельцов.

Иванов держится с отменным хладнокровием и ничем не выдает своего волнения.

— Ваша воля, — говорит он обиженным тоном. — Можете шутить, если это вам нравится. Похоже, вы действительно меня с кем-то спутали…

— На сей раз уже не спутаем, — замечает молчавший до сих пор и с любопытством рассматривавший Иванова Ковалев.

— Товарищ сержант, в машину его!

* * *

Когда Иванова вводят на допрос к Ковалеву, он произносит тонем глубоко обиженного человека:

— Что же это получается, гражданин начальник? Стоит только бывшему правонарушителю, честно отбывшему свой срок наказания, попытаться встать на честный путь, как ому сразу же пришивают какое-то дело.

— А против того, что ваша воровская кличка Куркуль, уже не возражаете, значит? — спрашивает полковник, дивясь его выдержке.

— А чего же тут возражать теперь? — пожимает плечами Иванов. — Это вам нетрудно было установить, хотя я, откровенно говоря, забыл указать свою судимость в анкете, которую заполнил при поступлении на работу.

— Почему под Козыря работали? — задает вопрос Стрельцов.

— То есть как это под Козыря? Я и не думал…

— Да, сначала не думали, — строго прерывает Иванова Ковалев. — Сначала хотели только его методом воспользоваться.

А когда по всей дороге слух пошел, будто все совершенное вами дело рук Козыря, решили, что вам это только на руку. Милиция, мол, обязательно по неверному пути пойдет. Вы и в самом деле чуть было нас не провели, заявив, что ранил вас какой-то бандит, по внешнему виду похожий на Козыря. На самом же деле вас в ту ночь лейтенант Карцев ранил на крыше товарного поезда на перегоне Грибово — Нервомайская, когда вы снова собрались девятьсот восьмой ограбить.

— Это еще нужно доказать! — зло восклицает Иванов.

— И докажем, — спокойно продолжает Ковалев, закуривая сигарету. — Сестрица ваша, Елена Семеновна Иванова, расскажет нам, как передавала вам содержание телеграмм, адресованных на имя то Гусакова, то Тюрина, но не востребованных ими, ибо адресатов этих и не существовало. Внесет нужную ясность и отправитель этих телеграмм, наводчик ваш Орликов, по кличке Семафор.