Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Ну?

— Почему — провожу рукой по фигуре — не спрашиваешь…

— Кхм, — прячет улыбку. — Иди."

"Покидаю будущее место работы. Груз с плеч сброшен, теперь стану независимой. Я смогу, я справлюсь. Дам своей дочери все. Никакие мужики шага в мою сторону не сделают. Всех вон. Так я рассуждаю, пока иду на автобусную остановку.

Мой боевой дух наголову разбивает остановившаяся рядом машина мужа.

Глава 3

— Привет, — выскакивает Андрей. — Тебя подвезти?

Кажется, что мои глаза сейчас размером с тарелку для первого.

Это наглость? Дурость? Непосредственность? Что? То есть вот так просто, да? Закипаю мгновенно.

Фуууу.

Но даже пресловутое омерзение отступает на второй план, потому как еще чуть и разревусь. Рвется брешь. По внутренностям коловоротом проходится настолько безжалостно, что полное ощущение будто разрывной пулей в живот попало. Ударной волной бросает назад. Спешно кусаю губы, чтобы передислоцировать болячку.

Люди обволакивают нас ручейком, никому нет дела до двух разрушенных судеб. Словно на необитаемом острове стоим и смотрим друг на друга.

Андрей с тревожным ожиданием, я пытаюсь быть безэмоциональной. Скрываю, что выпотрошена.

— Не нужно. Я сама.

Теперь моя любимая фраза. По-другому никак. Помощников не существует. Надеется не на кого. Так что вперед — я сильная.

— Ира, мы можем?

— Не можем.

— Да стой!

Касание обжигает.

Нет, не так. Оно палит к чертям мою выдержку. Нервы ни к черту, а сейчас вовсе горят. Сколько еще кипеть? Вмазать бы сумкой прям по башке, или хотя бы в волосы вцепиться, или лицо исцарапать.

Закатить бабью визгливую истерику на всю Ивановскую, но не могу себе позволить. Не дам удовольствия видеть уязвимость и слабость.

— Что ты хотел? — высвобождаю локоть.

— Где Варя?

Вновь полосует. При дрянном характере мужа можно все, что угодно предъявить, но отцом он является заботливым. Тут не прибавить не отнять. Пусть буду гадиной, но я тоже умею резать по живому. Хотя бы так хочу крови.

— В садике.

— Ты что все же на работу выходишь? — с сомнением смотрит на деловой костюм.

— Ей еще рано в сад.

— А-а-а… Точно, — складываю руки на груди. — Нам деньги нужны с дочерью.

— Я буду переводить. Вам хватит. Побудь еще с ней дома.

Зверею.

Я разве просила совета?

— Тебе нет дела до нас больше. Разведемся в ближайшее время. И дочь будешь видеть через суд. По времени! — припечатываю, глядя в бледнеющее лицо.

По лицу Андрея волнами ходит раздражение, злость, неверие. Проступившие эмоции не портят его, наоборот.