Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Губишь меня, убиваешь, — захватываю мочку, выдыхаю признание. — Каждый день о тебе. Все время. Возвращайся ко мне, Ириш. Ты думаешь я приехал из-за контракта?

Она отшатывается, зажимает распухшие губы рукой. Я как маньяк наблюдаю и получаю удовольствие от мысли, что рот ее вспух не без моего участия. Хочу еще. И не только ротик. Голодно мечусь по телу любимой. Мимолетом отмечаю, что волосы растрепались. Она милая, но такая порочная, что в трусах сильнее вспухает. Все мысли вниз стекают.

— Нет? Разве не контракт?

— Нет, — качаю головой.

— Он в меньшей степени. Закончим войну?

— Я не…

— Ира!

Терпение подходит к концу. Мечется же, вижу. Хочется и колется малышке моей. Усмотрев сомнение, нажимаю на газ. С места сотку разматываю, не глядя на спидометр. Рву без промедления, хватаю здесь и сейчас. Куда вывезет, там разберемся. Окончательно понимаю, назад хода нет. Без своих обратно не уеду, а значит сейчас в моей голове горит исключительно зеленый.

Мы в ловушке, из которой не убежать. Дебильная мысль, но она только растягивалась во времени, а сейчас схлопнулась, приклеив нас друг к другу.

— Боюсь, — сдавленным голосом признается.

— Чего?

— Будущего.

— Все будет так, как захочешь.

— А если не будет? Если все очередная ошибка?

— Нет.

— Нет?

— Я тебя люблю. Только тебя.

— И никого нет больше? Тебе звонили…

— Ира, — крепче некуда обнимать, но я обнимаю. — Единственная, кто имеет значение и имела всегда — ты. Вернись, — встряхиваю легонько, боясь навредить. — Вернись!

Тяжелый всхлип сотрясает хрупкое тело.

Она мешкает совсем немного и потом со всей силы бросается на шею. Вперемешку со слезами касается губами, и меня выворачивает из шкуры. Бьет об пол. Рассыпаюсь на куски и тут же собираюсь заново. Не могу быть слабым перед ней, не имею права.

— Будь что будет, — выпаливает быстрым шепотом. — Но сопротивляться не хочу. Что дальше, Андрей?

Молча подхватываю за задницу и сажаю на стол. Вклиниваюсь между ножек, подхватываю легкую футболку и сдираю с нее. Спирает дыхание, пока любуюсь голой грудью моей бывшей.

Твою ж мать… Как же я скучал.

Сразу набрасываться считаю преступлением. Так долго не был с ней, что первое что хочу, насладиться зрительно. Пожираю желанное тело, мечусь от выступающих ключиц до впалого живота голодным взглядом. Пальцы зудят и немеют.

Фокус плывет, щурюсь высмотреть желанное. Слепо веду пальцами по выступающим ребрам. Ириша непрерывно вздрагивает. Шумно вдыхаю воздух и в голове вспыхивают образы нашей постели.