Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мое согласие на сотрудничество — не принципиально. Игорь и так уедет, мне же угрожали в его присутствии. Он сам видел, как я сидела белее мела с трубкой у уха. Подпишет, как миленький, что-то там нужное и уедет, чтобы не ставить под удар меня. А это значит, что я его потеряю еще раньше, чем рассчитывала. Возможно, даже сегодня.

Шах и мат от Романа!

— Он просил передать тебе…

— Да я и так все понял. — Игорь гневно выдыхает и молча трогается с места.

Мы снова мчим в конец того дня, когда закончится мое короткое счастье.

35. Явное преступление

Звонок Романа вводит меня в мрачное настроение и убивает всякие надежды на счастливый исход моей истории. Единственное, чего мне хочется — забиться в угол и съежится, как от удара в живот. Липкий страх сковывает и отупляет. А Игорь, как назло, вместо того, чтобы подарить хоть пару слов утешения, еще глубже уходит в себя. Ведет машину нахмурившись. От напряжения побелели костяшки пальцев, держащих руль.

Кусаю губы от обиды и отворачиваюсь в сторону.

Я понимаю, ему сейчас не до утешений испуганных барышень. Но хоть бы доброе слово сказал! Втянул в историю, и теперь сидит, как каменная статуя. Мне-то что делать теперь?

Впервые за эти дни на меня накатывает сожаление за все, что случилось. Куда я ввязалась? Зачем мне это? Ведь, как чувствовала, что не надо ходить на эту вечеринку! Через годик-другой познакомилась бы с хорошим мужчиной — обстоятельным и приличным. Жили бы небогато, но дружно и весело.

Родила бы Светке братика…

Только сердце протестующе ноет — все неправда, и не было бы обстоятельных мужчин в моей жизни. Потому что, знала всегда. Еще со школы знала, что кроме Игоря никто не нужен. И Артем случился от безнадеги, потому что хотелось любви! Вцепилась в первый попавшийся суррогат.

И нет для меня другой реальности. Потому что, начиная с нелепой встречи с Игорем в торговом центре, до сегодняшнего дня, от меня ничего не зависит. Как там Танька говорила: «Это судьба?».

Вот такая, значит, моя судьба — три дня счастья и вечное одиночество.

Пусть подписывает, едет к себе скорее… Так всем спокойнее.

Рискую первой завести разговор:

— Игорь, что ты будешь делать? — спрашиваю робко.

— Ника, не переживай, все решим.

— Пока ты решишь, я умру от страха.

— Не бойся ничего. Я сейчас высажу тебя около дома. А мне надо ненадолго уехать."

"Сжимаю кулачки от негодования. Мерзкий врун! Не нужны мне эти обманчивые фразы.