Когда же наконец Мэтью уедет в поместье?! Жизнь рядом с ним становилась просто невыносима, но Ливи не имела права устраивать скандал. Ради Глории, ради её собственного спокойного будущего она обязана всё стерпеть!
Глава 7
Ещё никогда в своей жизни Мэтью не чувствовал себя настолько лишним и ненужным. Семейство герцога Трентона не избегало его. Грейс наоборот, всегда стремилась сказать ему что-то приятное, но он видел, что делает это она через силу, потому что так требуют приличия, и, возможно, из некоторой жалости.
Интересно, что сказала бы Грейс, знай она некоторые подробности из жизни своего мужа? Мэтт старался быть с ней вежливым. И с Тайлором тоже. И с Оливией,которая делала вид, что они незнакомы, стоило им переступить порог дома, возвращаясь с очередного приёма. Будто она и не видела его никогда, да и сейчас он для неё - пустое место. Мэтью стал часто заходить в детскую и неожиданно нашёл там родственную душу. Глория радостно тянула к нему ручки, смеялась и готова была часами играть рядом с ним, у его ног, то и дело показывая ему свои игрушки.
Он видел, что Оливия злится, видя эту своеобразнную дружбу, но сделать она ничего не могла, и запретить ему общаться с его собственной дочерью было выше её возможностей. Мэтт чувствовал каждый раз нечто вроде торжества, входя в детскую, будто каждый его приход был очком в невидимой битве с Ливи, которую они вели, не говоря друг другу ни слова."
"Обещанная ему неделя давно прошла, лето стало клониться к осени, а Мэтью всё не уезжал, так и живя в доме Тайлора, хотя дела звали его в поместье.
Тут, хоть никому не нужный, он был не один, вокруг были люди, которых он с натяжкой мог назвать родными, была малышка Глория, с которой он мог выходить в сад или просто сидеть в детской, была Ливи, на которую он мог просто смотреть. Эта иллюзия семьи была лучше полного одиночества в поместье, с Филиппом, что приходил во снах, и бесконечными сценами из прошлого, которые хотелось поскорее забыть.
В один из дней возвращаясь со встречи со старым приятелем, он вдруг заметил открытую коляску, сверкавшую на солнце красными полированными боками.
В коляске сидела прекрасная женщина в черном платье. Мэтт не поверил своим глазам, узнав фрау Марту, которая не побоялась явиться в Бат. Её лицо было прикрыто короткой вуалью, а на груди, к своему удивлению, Мэтью различил большой жёлтый алмаз. Тот самый, что он всеми правдами и неправдами сумел приобрести, чтобы купить её любовь.
