Name: Незнакомка с родинкой на щеке
Author: Анастасия Александровна Логинова

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

И все прочие зрители вдруг начали вставать – мужчины почтительно склоняли головы, дамы приседали в реверансах. Сообразив, в чем дело, я и сама поспешно вскочила, опустила глаза долу и изобразила изысканный поклон. Лишь потом, еще не подняв головы, одними глазами нашла императорскую ложу. Так и есть: его величество в сопровождении супруги, совсем юной Великой княжны и немногочисленной свиты устраивались на положенных местах.

А когда приличия позволили сесть, вновь принялась скользить взглядом по балкону, вглядываясь в лицо каждого – дай-то Бог, чтобы я ошиблась, дай-то Бог… Я прекратила свое занятие, лишь, когда потушили свет, и зала содрогнулась от первых аккордов музыки.

Женя тогда, будто дословно знал, о чем я думаю, отыскал в темноте мою ладонь и крепко ее сжал.

Благо в ложе на шесть мест никого кроме нас двоих не было.

— Держи себя в руках, - шепнул, наклоняясь. - Здесь всюду жандармы! Сама видела, сколько их на входе – досматривают каждого. Можешь сколько угодно недолюбливать Якимова, но, Бога ради, не считай его идиотом, который допустит, чтобы революционер-«народник» оказался запертым в одной зале с императором!

Я кивнула.

И чуточку подвинула свой стул, чтобы касаться плеча мужа – так мне было намного, намного спокойней. Отпустить мою руку я не позволила ему до самого конца первого действия.

Я не слышала «Аиду» никогда прежде. Но итальянцы пели, словно ангелы: никак не думала, что у меня это выйдет, но уже через четверть часа я сполна погрузилась в переживания эфиопской рабыни.

Всем сердцем я чувствовала и понимала ее боль, когда та разрывалась меж возлюбленным и долгом перед отчизной.

…Когда же свет зажгли вновь, и зала утонула в аплодисментах, Зимин, «Рокот», революционеры стали уж казаться чем-то невероятно далеким – будто сотня лет и целая жизнь прошла с того мига, как я высматривал чье-то лицо в толпе. Кажется, у меня и впрямь случился приступ паранойи.

Зато обеспокоенным теперь выглядел мой супруг. Зрители, один за другим, поднимались со своих мест, чтобы спуститься в буфет или же просто размять ноги.

Покинуло ложу императорское семейство. Тогда-то поднялся и Женя:

— Спущусь в вестибюль еще раз, - пояснил он, - справлюсь, вдруг maman припозднились, да их отправили на другие места.

Я кивнула. Хоть и отпустила мужа с неохотой, изводящего душу страха во мне уже не было. Да и возвратился он скоро – снова один и хмурый более прежнего.

— Должно быть, просто передумали ехать, - всей душой желала я успокоить Евгения.