Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Матерь милосердная… сейчас! — Елена чуть наклонилась и решительным движением оторвала от низа рубахи длинную полоску ткани. — Я тебя перевяжу.

Не то чтобы я так уж нуждался в срочной медицинской помощи, однако возражать, ясное дело, не стал. И послушно застыл, размышляя, что оказалось приятнее — прикосновения прохладных рук или сам факт, что Елена готова так носиться с моей царапиной.

В таком виде нас и застал Горчаков.

— Уже управились, значит… — пробасил он, раздвигая плечами ветки молодых елочек. — За вами не угонишься.

Старик дышал так, будто в его груди работали кузнечные меха. Даже в свои семьдесят с небольшим он мог похвастать необычайной физической силой и мощью Дара и, пожалуй, в схватке вполне мог бы уложить на лопатки и меня, и дядю. Однако для забегов по лесу его тело явно уже не годилось. Втроем мы наверняка разобрались бы с бронированным летуном куда быстрее, но…

В общем, как вышло — так вышло.

— И тут меня опередил, — усмехнулся Горчаков, разглядывая обезглавленного автоматона. И тут же повернулся к Елене.

— А ты куда полезла? Носится по лесу в одной рубашке… Нет бы меня подождать! Никуда бы ваш медведь не делся.

За дочь старик явно переживал куда сильнее, чем за меня. Неудивительно: она прекрасно умела охотиться в Тайге и читать следы, но для боя со зверем четвертого ранга или закованной в броню из кресбулата зубастой птицей этих талантов, пожалуй, было бы недостаточно.

— Совсем у тебя страха никакого нет… Вся в мать! — Горчаков без особых церемоний оттеснил меня и взял Елену за плечи.

— А если бы прибила тебя эта дрянь?"

"Я вдруг подумал, что старик так распереживался вовсе не из-за опасности. Точнее, не только из-за нее: жизнь на Пограничье уже давно приучила его, что однажды любимая и единственная дочь может не вернуться с охоты. Но увидеть Елену, которая выходит со мной из сарая в одном исподнем…

Да уж, неловкий момент.

— Не хотелось бы вас прерывать. — Я легонько пнул носком ботинка отрубленную голову автоматона. — Но, может, кто-нибудь потрудится объяснить, что это за штуковина и откуда она?

— Пальцекрыл это.

— Горчаков с явной неохотой развернулся к поверженному чудищу. — Из Тайги прилетел — откуда ему еще взяться?

— Пальце… что? — переспросил я.

Никаких пальцев я у автоматона не разглядел. Может, они и присутствовали на засевших во мху нижних конечностях, однако верхние напоминали… собственно, крылья. Похожие на птичьи, с той только разницей, что вместо перьев их покрывали узкие металлические пластины.