Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

У тебя еще есть возможность протянуть лет десять…

— Что-о-о? — Смит отпрянул.

— Рой?! — воскликнул Стив, и Маккена, словно перескочил из одного измерения в другое.

Казалось, он не сразу понял, что сказал. Дав смотрел на него так, словно Рой только что проклял его.

— С тобой все нормально? — недоверчиво спросил Шон, но Рой не слышал.

— Отдай мне мальчика. Не губи ни свою душу, ни его жизнь. Не делай еще большего зла. „Все пути одинаковы. Они ведут в никуда. Один путь делает путешествие радостным, сколько ни странствуешь.

Другой путь заставляет тебя проклинать свою жизнь. Один путь дает тебе силы, другой — уничтожает тебя“.

Маккена говорил спокойным негромким голосом, но это было настолько страшно, что и Дав, и Стив замерли. Нет, это был не Рой, его устами говорила бездна. Совершенно бесспорным становилось то, что он сейчас знает что-то большее, чем простой человек. Он смотрел в глаза Смиту, и тот чувствовал его внутри себя. Он тоже смотрел в глаза Роя и видел, что тот смотрит незнакомым взглядом восьмидесятилетнего старика.

Потемневшие роговицы почти сливались со зрачками…

— Забирай! — вдруг воскликнул Дав. — Буду рад, если ты хоть куда-то сможешь пристроить этот просрочившийся, потерявший годность товар!

— Замолчи прямо сейчас! Замолчи или, клянусь, я лишу тебя шанса дожить этот день до конца!"

"Время кто-то проклял, и оно икает, нервно передергивая цифры. Стив болтает его туда-сюда, маяча из угла в угол по коридору. Рой сидит, обреченно опустив на колени руки, лишь взглядом следуя за ним.

Он как-то вдруг постарел. Седина пробивается на висках, пестря двухдневной небритостью по подбородку. Тонкий идеальный нос, спокойные уверенные губы, чуть припорошенный жизнью взгляд в разрез с мальчишескими хулиганскими морщинками в уголках глаз, непослушные вихрастые волосы. Если и можно любить кого-то сильнее? Нет, нельзя. Он так же сильно любит Энди, только Стив… он Стив, и это правильно, а Энди… он весь его. Был, но Рой знает, что сделает невозможное, чтобы он… чтобы он вновь стал.

Наконец в дверях появляется сержант, и Маккена якорем взгляда цепляется за папку, что у него в руках. Та самая, омерзительного поносного цвета. Время щелкает секундами, словно светомузыка в клубе. Черная — белая. Черная — белая. Движения сержанта кажутся скачкообразными, словно часть их пропадает в черную секунду. Сердце Роя тоже щелкает. Стоп — пуск. Стоп — пуск. Звуки нашинкованы на острые полосы. Режут слух.