Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Так что выброси ключ. Он бесполезен.

Стив подъехал к кафе, благо Пол оставил машину, чуть перебрав ночью алкоголя. Энди на смене. Те же подносы, те же тарелки. Улыбается. Художник, который не знает об этом. Дар не раскрыт. Нужен молоток и долото, чтобы отбить толстый слой порожней породы, скрывающей в глубине сияющую жилу. Спрятался и не подозревает, что Шон наблюдает за ним, как за хомячком, сквозь двойное стекло. Нашел. Выследил. Стив видит, как мужчина подзывает парня небрежным жестом, просит наклониться и что-то говорит на ухо.

Он читает по мимике, что Энди удивлен и даже чуть рассержен, но быстро обдумывает и кивает головой. Незнакомец доедает обед, выходит и садится в машину. Через несколько минут и парень выходит с мешками мусора. Стив напрягается, подсознательно чувствуя, что это не может быть простым совпадени… Мальчишка садится в машину к незнакомцу. Нет! Все, что угодно, только не это! Он пытается не верить глазам, а придется. Его передергивает от мыслей, от стресса.

Ангел падает еще ниже. Ниже дна, которого уже достиг. Ниже предельного предела. Стив вдавливает педаль, чтобы уехать. Чтобы не видеть. Поздно. Он видел. Он все понял. Торт, а у самого нет ничего. Даже больше, чем ничего. И все это уже не шутка. Не плод воображения. Не ошибка зрения. И куда теперь от этого деться?! Куда?!

Рой дома, только что толку? Пьян до беспамятства. Опять. Громил квартиру. Свеча-шест с марципановой фигуркой… Карамельные флюте… Для всех, кроме одного… Подносы… Тарелки… Край… Улыбка на знакомых губах… Выживает…

Обещай, что не будешь меня жалеть…

Думал, может, потанцую, а в зимних будет жарко…

Я уже позабыл, что лучший кофе у тебя…

Комнатка за десять долларов… жить можно…

Деньги мне нужны, но я пока в состоянии заработать их сам…

А, черт! Блядь! Сука! Стив, не помня себя, трясет Роя.

Можно вытрясти из него мозги, разодрать на куски, размазав остатки по полу — бесполезно, он все равно не заметит, а протрезвев, не сможет вспомнить, что произошло.

Шон готов упасть на колени и выть. От отчаяния. От безысходности. От тоски.

Надо признать, что мальчишка не просто прогрыз норку в их с Роем существовании, а свил там гнездо. И теперь, когда оно опустело, они, как две потерянные птицы рыдают над ним, выписывая бесполезные круги в слепой надежде вернуть. Они не в силах понять, что произошло в их карточном мире, что он рушится, и нет силы, способной противостоять этому дикому крушению.