Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Спит уже аки агнец.

— Что? — не понял Энди.

— Что-что. Груз я тебе доставил, а дальше... твоя забота, что с ним делать. Так что, говорю, распишись в получении. Шутка. А ты, по всей вероятности, Энди?

— Угу.

— Что ж. Рой мне все уши оттоптал рассказами о тебе. Ну, будем знакомы. Я - Стив.

— Я тоже слышал о тебе. Ты звонил сегодня утром.

— Верно. С тех пор прошла вечность. Ты это, не тряси его. Он до утра не шелохнется.

— А если…

— «Если» не будет. Верь на слово. Испытано не один раз. Слышал я, ты какой-то необыкновенный кофе варить умеешь.

Не угостишь?

— А, да. Сейчас.

Не то чтобы Стиву хотелось кофе. Скорее, не хотелось вообще, но ему было интересно разглядеть новое приобретение друга."

"— Так значит, ты не дал ему покончить с собой? — начал Стив.

— А он и не собирался, — ответил Энди, стараясь вложить в слова как можно больше правдивых нот. — Просто поскользнулся.

— Ну, да. Я неправильно выразился. Выходит, ты теперь живешь с ним?

— Я работаю на него.

Парню не нравилось, что Стив пытает его.

— Я не просил. Он сам предложил.

— На него похоже. У всех свободных художников мозг к черепу не прикреплен. Но ты не обижайся. Я не имел в виду ничего такого.

— Я привык.

— Привык? К чему?

— Что, обращаясь ко мне, люди не имеют в виду ""ничего такого"".

— Да ты и правда обиделся. Не стоит. Нам еще предстоит стать друзьями. Я частый гость в этом доме.

— Еще кофе?

— Нет, дружок. Пойду. Сегодня буду спать спокойно, зная, что он не один.

Стив поднялся, дружески похлопал Энди по плечу.

— Береги его. Он того стоит.

Парню стало вдруг как-то легко. Последние слова друга Роя прозвучали мягко, и Энди подумал, что, наверное, зря щетинился на него. Ведь Стив и правда не хотел его обидеть. Просто показалось.

Энди вернулся в студию, размышляя, как разрешить свалившуюся на него проблему. Он чувствовал ноющую досаду. Неужели все снова? Сомнения, зыбко дрожащие внутри, исчезали. Рой спивается, и Энди знал, что будет дальше. Разложение личности, трансформирующее сознание, крах и дно.

Человек, который по дикому, редчайшему стечению обстоятельств за эти дни стал ему почти родным, болен. Серьезно болен. Энди посмотрел на Маккену. Тот лежал, как-то неудобно запрокинув голову, полностью одетый. Словно мертвый. Ямочек не было, и лишь едва заметная морщинка собралась между бровей. Мир внутри этого мира, тонкая грань, окольцованная тяжестью недуга. Мальчишке захотелось заплакать. Он, наверное, сделал бы это, но что толку? Нужно ждать.